Мы находимъ ее въ гостиной, въ обществѣ ея отца, человѣка уже пожилаго, тогда какъ дочери его едва пошелъ девятнадцатый годъ.
Съ перваго взгляда можно было узнать офицера въ полковникѣ Дювалѣ, хотя онъ былъ уже въ отставкѣ. Его взглядъ въ обыкновенное время носилъ отпечатокъ суровости, слѣдствіе привычки командовать. На его лицѣ, загорѣломъ отъ Африканскаго солнца, можно было прочесть умъ и храбрость.
Но когда его лицо оживлялось одной изъ тѣхъ улыбокъ, которыми онъ всегда привѣтствовалъ свою дочь Луизу, въ немъ происходила полная перемѣна и его характеръ дѣлался мягкимъ, какъ характеръ женщины.
Это былъ человѣкъ уважаемый всѣми, любимый солдатами, цѣнимый высоко начальниками, страхъ арабскихъ племенъ.
Луиза была единственнымъ ребенкомъ котораго послалъ ему Богъ, и легко повѣрить, какъ тяжело было ему послѣ смерти жены разстаться съ дочерью и отдать ее въ монастырь. Но дѣло шло о будущности и счастіи Луизы, а полковникъ былъ наименѣе эгоистичный изъ людей.
Поэтому онъ рѣшился на эту жертву и остался въ Алжирѣ долѣе чѣмъ ему хотѣлось, также въ интересахъ Луизы, чтобы составить себѣ независимое и обезпеченное положеніе и тогда уже посвятить себя всецѣло дочери.
Съ гордымъ и счастливымъ видомъ смотрѣлъ онъ теперь на свою дочь. Однако по временамъ облако печали омрачало его лобъ.
Дочь такъ походила на мать, умершую еще такой молодой и прекрасной.
Луиза была прелестна. Это была веселая и милая молодая дѣвушка съ яркимъ румянцемъ на щекахъ, карими глазами со свѣтлымъ и нѣжнымъ взглядомъ и густыми каштановыми волосами. Не будучи красавицей, она была очаровательна въ своей наивной граціи.
Она казалось счастливой, и Безансонъ въ теченіи нѣсколькихъ дней, которыя она провела въ немъ съ отцемъ, былъ для нея настоящимъ эдемомъ.