Профессор Архимед Кв. Портер вертелся на своем кресле. Этот сюжет разговора был ему всегда неприятен. Он не мог понять-- почему. Канлер, ведь, был блестящей партией!
-- Но, -- продолжал Канлер, -- я не могу понять Джэн. Она откладывает свадьбу то под одним предлогом, то под другим. У меня всякий раз такое чувство, что она с облегчением вздыхает, когда я с ней прощаюсь.
-- Не волнуйтесь, -- сказал профессор Портер, -- не волнуйтесь, м-р Канлер! Джэн в высшей степени послушная дочь. Она исполнит то, что я ей скажу.
-- Значит, я все еще могу рассчитывать на вашу поддержку? -- спросил Канлер с тоном облегчения в голосе.
-- Несомненно, милостивый государь, несомненно! -- воскликнул профессор Портер. -- Как могли вы сомневаться в этом?
-- А вот этот юный Клейтон, знаете, -- заметил Канлер, -- он болтается здесь целые месяцы. Я не говорю, что Джэн им интересуется; но помимо его титула, он, как слышно, унаследовал от отца очень значительные поместья, и не было бы странным, если бы он в конце концов не добился своего, разве только ... -- и Канлер остановился.
-- Ой, ой, м-р Канлер, разве только что?
-- Разве только вы нашли бы удобным потребовать, чтобы Джэн и я, мы, повенчались тотчас же, -- медленно и определенно договорил Канлер.
-- Я уже намекал Джэн, что это было бы желательно! -- печально проговорил профессор Портер. -- Мы не в состоянии больше содержать этот дом и жить сообразно с требованиями ее положения.
-- И что же она вам ответила? -- спросил Канлер.