-- Джентльмены, -- начал он. -- Вы видите, что ожидает нас, если нас не подберут в ближайшие два дня, на что, очевидно, надежды мало, судя по тому, что за все эти дни мы не видели ни одного паруса, ни одного дымка на горизонте. Была бы надежда, если была бы пища, а нет пищи -- нет и надежды. Остается одна альтернатива, надо выбрать одно из двух: или мы умрем все через несколько дней, или один должен быть принесен в жертву, чтобы остальные остались живы. Вы хорошо понимаете, что я хочу сказать?
Джэн Портер, услышав, пришла в ужас. Если бы предложение исходило от бедного, невежественного матроса, она была бы, вероятно, меньше удивлена, но то, что оно было сделано человеком, выдававшим себя за человека культурного, утонченного даже, за джентльмена, казалось ей почти невероятным.
-- Ясно, что мы умрем все, -- отвечал Клейтон.
-- Решать нужно большинством голосов, -- возразил Тюран. -- Так как жертвой может быть только один из нас, то и решать мы будем втроем. Мисс Портер не заинтересована, ей не угрожает опасность.
-- А как же мы узнаем, кому быть первым? -- спросил Снайдер.
-- Это можно решить жеребьевкой, -- отвечал Тюран. -- В кармане у меня есть несколько монет по одному франку; мы наметим себе какой-нибудь год, и тот, кто вытащит монету с этим годом -- будет первым.
-- Я не хочу иметь ничего общего с этим дьявольским проектом, -- тихо заявил Клейтон, -- еще может показаться земля или какое-нибудь судно вовремя.
-- Вы подчинитесь большинству голосов или вы будете первым, -- отвечал Тюран, и в голосе прозвучала угроза. -- Давайте проголосуем. Я за этот проект, а вы, Снайдер?
-- Я тоже, -- прозвучал ответ.
-- Воля большинства, -- объявил Тюран. -- Теперь приступим, не теряя времени, к жеребьевке. Это одинаково выгодно для всех. Для того, чтобы три человека остались живы, один умрет несколькими часами раньше, чем умер бы и без того.