Он собирался уже выйти из конторы, когда новая мысль пришла ему в голову.
-- Послушайте, Шортер, -- сказал он, -- из той маленькой комнаты другого выхода нет, как только через эту. Окна там слишком малы, и крупный человек через них не пролезет. Вот что я вам скажу: мы запрем его в той комнате, и тогда ни у вас, ни у нас не будет никаких забот. Вы сможете спокойно разостлать одеяло у двери и лечь. Не нужно будет вас сменять ночью.
-- Ладно, -- ответил Эдди. -- Положитесь на меня: уж я его устерегу!
Удостоверившись, что пленник надежно заперт, вилластанцы и Грэйсон вышли из конторы.
При упоминании управляющим имен сторожа -- "Эдди" и "Шортер", Билли пристально посмотрел на молодого американского ковбоя. Эти два имени вызвали в его памяти представление о чем-то страшно знакомом. Однако он никоим образом не мог связать их ни с кем из тех, кого он знал в прошлом, да и лицо молодого человека ничего не напоминало ему.
Сидя в темноте, Билли от нечего делать стал ломать себе голову: где это он слышал эти имена? Он прямо не мог ни о чем другом думать. Даже грозившая ему судьба казалась ничем по сравнению с важным вопросом: где он раньше слышал имя Эдди Шортера?
В то время, как он сидел, тщетно напрягая память, что-то шевельнулось на полу у его ног. Оказалось, что крыса начала грызть сапог на его ноге.
"Ну и местечко, нечего сказать!", подумал Билли: "Тут крысы могут сожрать человека живьем".
-- Эй! -- и он повернул лицо к двери, -- Эй, Эдди! Иди-ка сюда!
Эдди подошел к двери и прислушался.