Ружье находилось почти на расстоянии его руки: один шаг -- и оно очутилось у него в руках. Как будто чуя его намерение, собака отвернулась от бродяги, лежавшего на полу, и храбро бросилась на него.
На полпути ее встретило дуло ружья. Раздался оглушительный выстрел, и бедный пес повалился на пол с простреленной грудью. Фермерша отчаянно звала на помощь, но оба негодяя в одну минуту набросились на нее и принудили ее к молчанию.
Один из них побежал на кухню и минуту спустя вернулся с куском веревки, в то время как другой, сев верхом на свою жертву, крепко сжимал ей горло. Ей удалось на минуту высвободиться и закричать, но вскоре ее связали и заткнули рот тряпкой. Тогда оба негодяя начали шарить в библии.
Больше тысячи долларов -- все сбережения долгой трудовой жизни -- были спрятаны здесь. Фермерша и ее муж как отсталые, старые люди не верили банкам. Когда фермерша пришла в себя, она с глубоким отчаянием увидела, что последние банкноты ее маленького клада переселились в карманы бродяг. Обчистив библию, они спросили фермершу, где она хранит остальные деньги, и вынули кляп, чтобы она могла им ответить.
Старуха клялась им, что у нее ничего не осталось, и умоляла не отнимать от нее ее скудные сбережения.
-- Брось врать! -- проворчал один из бродяг. -- У тебя наверное еще кое-что припрятано. Отдавай-ка лучше по-хорошему твои денежки, а не то мы с тобой иначе поговорим!
Но она упорно повторяла, что у нее больше ничего нет. Бродяга прошел в кухню. Под плитой горел огонь. На подоконнике лежали щипцы. Он захватил ими с плиты раскаленную конфорку и вернулся в комнату.
-- Думаю, что теперь она припомнит, где лежит у нее старый чулок, сказал он, ухмыляясь. -- Сними-ка ей сапоги, Динк!
-- Дурак ты, Кром, -- проворчал тот. -- Ведь шпики с минуты на минуту могут нагрянуть. Лучше забрать, что мы нашли, и убираться поздорову.
-- Тьфу! -- воскликнул его товарищ. -- Я о шпиках-то и забыл!