В начале восьмого километра обе подводки, следовавшие одна за другой, испытали вдруг серьезное сотрясение. Их корпуса, застревая, черкнули своды тоннеля. Сильный толчок был сигналом надвигающейся катастрофы.
— Пожалуй, следует быть готовым к случайностям, — пробормотал механик, нехотя напяливая на себя водолазный костюм. Его примеру последовали остальные. Ибрагимов на всякий случай отправил радиограмму, которой он предупреждал капитана о своих опасениях. Он сообщил «Фантазеру» и свой маршрут.
Прошло еще несколько напряженных минут, минут, когда опасность кажется неизбежной и когда все же тлеет надежда на благоприятный исход. Миниатюрные танки то-и-дело врезались в мягкий осадочный грунт.
Вдруг раздался треск, покрышки с оглушительным взрывом лопнули. Оболочка, выдержавшая несколько сот атмосфер глубинного давления, раскололась… Тех, кто не успел заранее надеть водолазные костюмы, мгновенно сплющило. Шестеро уцелевших оказались закупоренными в узком тоннеле.
Обратный путь был отрезан загромоздившей узкий проход грудой остатков обеих подводок.
Потерпевшие крушение ощупью отыскали друг друга. Чуть слышимое шипенье микрофонов едва позволяло перебрасываться короткими фразами.
Мог ли уйти «Фантазер» без них? Конечно, нет, тем более после тревожной радиограммы…
Путешественники не отчаивались. Их жизни пока не грозила непосредственная опасность. Безнадежно печалила лишь гибель товарищей. Тела их, по всей вероятности, уже унесли подводные реки…
Опомнившись от первых ощущений растерянности, путешественники решили освободить закупоренный проход. Соединенными усилиями они пытались очистить путь. Пласты теотона и листья никелевой обшивки так плотно прижало потоком к скалистым стенам, что все их попытки не привели ни к чему. Они слышали лишь шелест песка по своим эбонитовым панцырям. То подводный каскад проносил мимо них космы известкового ила.
Сугробы все больше и выше заносили путешественников. Шум становился глуше. Галлерею закупоривало.