- Решительно, - заключил один холостяк с громким смехом, - ваша Дрожащая Скала, господин де Кердрен, похожа на мою собачонку, которая лает на всех.
- Потерпите, господа, потерпите! - сказал Альфред, кусая губы.
Оставались госпожа Лабар и ее дочь. Мать с заметным любопытством смотрела на испытание других дам, не показывая ни малейшего желания самой принять в том участие. Что касается до Жозефины, то, продолжая спокойно сидеть в отдалении близ решетки, она едва поворачивала голову, когда раздавался шумный смех присутствующих.
Нотариус попробовал склонить госпожу Лабар последовать примеру других дам.
- Ну, что же, соседка, - сказал он по-бретонски, - не хотите ли и вы попробовать в свою очередь счастья? Никогда не представится лучшего случая доказать, что ваш покойный муж сделал хороший выбор, женившись на вас!
- Что! - отвечала старая бретонка, скорчив гримасу вместо улыбки. - И какое дело мне до вашего демонского камня? Я чту Пресвятую Богородицу и святого Михаила, с меня достаточно и этого!
Нотариус не настаивал, но хитрый Бенуа умел лучше повести дело.
- Ах, мадам Лабар, - сказал он своим веселым тоном, - знаете ли, что если вы откажетесь тронуть Дрожащую Скалу, то злые сент-илекские язычки могут вдоволь поболтать на ваш счет. Говорят, что покойный Лабар довольно долго иногда оставался в море, и что вы не всегда были в одиночестве в Сент-Илеке, когда он колотил англичан.
- Кто говорит это? - грубо отвечала вдова. - Такие же дураки, как ты, мерзкая обезьяна!
Бенуа вынес обиду со стоической твердостью.