Между тем не все австралийцы бежали от Берли. Проткнутый Нос, вместо того чтобы вернуться в пустыню вместе с другими, спрятался за куст, оттуда следил за бедными пленницами. Когда они направились к ферме, он последовал за ними.
Когда девушки миновали загон для овец, Клара заметила стоявшего неподвижно на дороге человека и вздрогнула от необъяснимого ужаса. Он поглядел на них пристально и сказал пастуху по-испански:
- Эге, Берли, вы поймали наконец этих хорошеньких лесных птичек? Я начинал бояться, что они улетят совсем, что не уменьшило бы, конечно, наших затруднений.
- Сеньор, я же вам говорил, что они привязаны за лапки и что мы успеем посадить их в клетку.
Клара и Рэчел не понимали, о чем они говорят, но Берли, заметив, что они остановились, сказал им, переходя на английский:
- Ну, чего же вы ждете, мои юные гостьи? Идите же! Этот джентльмен - мой друг.
Незнакомец спросил:
- Вы знаете, Берли, что одна из этих девушек - дочь Оинза, дарлингского землемера, а другая - единственная дочь Бриссо, моего бывшего хозяина, и невеста судьи Ричарда Денисона?
- Знаю ли я, сеньор Фернанд? Разве вы не слыхали, как негр хвалился именами их родителей? Притом я сам знаю их обеих: они приезжали сюда две недели назад вместе с женой Бриссо, с Оинзом и самим судьей.
- Ну, Бог даст, - сказал Фернанд (это действительно был бывший приказчик Бриссо), - мы с их помощью сумеем выпутаться из беды, в которую попали.