- Нет, - твердо повторила мадам Бриссо, начиная терять терпение. - До сих пор я исполняла твои глупые капризы, но теперь довольно.
И она заперла шкатулку. Клара, закрыв лицо руками, закричала:
- Так это правда! Праведное небо! Неужели это правда? Она хотела убежать, но мать ее удержала.
- В чем дело, Клара? - строго спросила она. - О какой правде ты говоришь?
Но Клара неспособна была отвечать, захлебываясь в рыданиях.
Несколько минут мадам Бриссо с горестным волнением наблюдала за дочерью.
- Напрасно я делаю это, - наконец сказала она, - но я не могу устоять против твоих слез, как ни безрассудна их причина. Твое желание будет исполнено... Только помни, что ты сама вынуждаешь меня обратиться к печальному прошлому.
Она открыла шкатулку, достала коробочку и вынула оттуда свинцовую пулю, покрытую черноватым налетом.
- Ты ее узнала? - прошептала мадам Бриссо глухим голосом. - Это та самая пуля, которую твой отец... на ней моя кровь.
Клара бросилась матери в ноги, и, покрывая поцелуями и слезами ее руки, взмолилась: