Ладранж не видал его после того знаменитого вечера, когда бежал от него. За последние эти годы Вассер оставался на прежнем своем месте в Н*, и только за несколько дней перед тем он был прислан в Шартр с повышением в чине - награда давно им заслуженная, и тут в первый раз он являлся за получением приказаний от чиновника, заведывающего департаментом министерства юстиции.
Его высокий рост, стройный стан, черные длинные усы и мужественное лицо уже давно нам известны; но в настоящую минуту, казалось, несмотря на его новенький серебряный эполет, в нем не было ни той самоуверенности, ни той гордости, так отличавших его. Войдя в комнату, он с видимым замешательством и опустив голову подошел к Даниэлю и, теребя свою шляпу, неловко и застенчиво поклонился. Даниэль, напротив того, поспешно встал и сделал несколько шагов ему навстречу.
- Очень рад вас видеть, лейтенант Вассер, - сказал он ему улыбаясь. - Как, разве вы не узнали меня? Мы ведь с вами старые знакомые и виделись в равно неловких для обоих обстоятельствах.
- Я узнал вас, гражданин Ладранж, я тотчас же узнал вас, - ответил Вассер, играя портупеей своей сабли.
- Прекрасно, почему бы нам помимо служебных обязанностей и не быть добрыми друзьями?
Сперва удивленный этими словами, лейтенант, казалось, немного оправился от своего смущения.
- Так, значит, гражданин Ладранж, - спросил он, вперив в Даниэля свои черные глаза, - вы мне прощаете то... и серьезно это?
- Что это? Что вы арестовали-то нас и намеревались представить в революционный трибунал? За что ж тут на вас сердиться, Вассер? Вы исполняли свою обязанность.
- Нет, нет, я не об этом, - ответил, сконфузясь, офицер. - Я вас спрашиваю, можете ли вы позабыть мою вину, когда я упустил вас и ваших родственниц, и вверитесь ли вы мне после того, как я так глупо при вас допустил провести себя?
Даниэль подумал, что он шутит, но в свою очередь, пытливо посмотрев в глаза Вассеру, и видя, что он не шутит, расхохотался.