- Конечно, господин Ладранж, но все-таки... Знаете, лучше возьмите вы к себе вот и этот портфель, в котором очень важные для вас бумаги. Завтра, если я буду здоров, я опять возьму его у вас; а до тех пор я предпочитаю, чтобы он был у вас.
Даниэль взял портфель с той снисходительностью, с которой всегда обращаются к слабостям стариков, и Лафоре ушел.
Вскоре маленькое общество перешло в столовую и уселось за стол. Благодаря шуткам поставщика, улыбка опять появилась на всех лицах, и к концу ужина неприятное впечатление вечера так изгладилось, что все посмеялись над страхом добряка Лафоре и не говорили уже о нем более. Возвратясь в гостиную, Даниэль дружеским тоном спросил у поставщика:
- Послушайте, дорогой мой Леру, теперь нам уже более не следует скрытничать; не можете ли вы как-нибудь объяснить нам появление у нас рубиновых серег, присланных мадемуазель де Меревиль от незнакомой особы?
- Я? - спросил изумленный Леру.
- Да, вы сами... Пожалуйста, не старайтесь отрицать, подарок великолепен, и именно это-то великолепие и смущает нас.
- Но, уверяю вас...
- Дорогой Леру, неужели вы так боитесь моей благодарности? - сказала Мария.
- Клянусь честью, я не знаю, о чем вы говорите, - ответил поставщик, - у меня никогда в уме не было предлагать вам рубиновый убор.
И видя, с какой недоверчивой улыбкой было принято его заявление, он прибавил: