Водворилось тяжелое молчание. Вечерние сумерки становились все гуще и гуще, так что наконец три находившиеся тут лица едва могли различать один другого; вдруг в дверь сильно постучали, и на пороге показался Бернард.
Фермер был весь в поту, и по растерянному его виду следовало заключить, что он с дурными вестями.
- Простите, извините, сударыня, - проговорил он запыхавшимся голосом, - вхожу без позволения, но -теперь не до церемоний... Ах, вы еще здесь, господин Даниэль, - прибавил он, разглядев, наконец, впотьмах молодого человека, - тем лучше; уж вы наверное поможете нам выпутаться из беды... а я так ужасно боялся, не уехали ли вы уже в город?
- В чем же дело, Бернард?
- Признаться сказать, господин Даниэль, я очень боюсь, чтобы сегодня ночью не пришли арестовать наших бедных дам.
Мария инстинктивно подвинулась к матери, которая, в свою очередь, невольно вздрогнула.
- Говорите, Бернард, расскажите скорее, в чем дело? - проговорил Даниэль, не менее других перепуганный и не лучше владевший собою.
- Вот какое дело, сударь!... Я пошел обойти вечером поля, захотелось пройтись, это глупое создание, моя жена, напустила мне в голову разного вздора, вот и нужно было рассеяться, что мне и удалось; я отогнал-таки от себя все эти горькие воспоминания, которые всегда готовы нахлынуть на тебя, как мало бы ни был человек расположен возиться с ними... Ну вот, сейчас, идя по тропинке через Вашпилуг, я заметил, что что-то шевелится на опушке Мандарского леса, тянущегося от этого места вплоть до большой дороги. Думая, что это дровосеки пробираются к моим деревьям, я спрятался за забор, чтоб подкараулить их, и осторожно раздвинул ветви, знаете ли, господин Даниэль, что я увидал? Два жандарма тихо разговаривали между собой, указывая, между прочим, на Брейль.
- Жандармы! - повторил Даниэль. - Уверены ли вы, Бернард, что не ошиблись?
- Собственными глазами видел я, сударь, их мундиры, и было еще слишком светло, чтоб я мог ошибиться. Впрочем, их тут должно быть много, потому что несколько раз долетали до меня голоса и ржанье лошадей; я даже между ветвями видел тут другого человека, позади этих, и мне показалось, что на том был мундир национальной стражи, но в этом последнем не смею уверять. Но дело в том, что через несколько времени жандармов кто-то позвал и они скрылись в лесу, продолжая свой разговор и помахивая руками. Подождав еще немного и видя, что все скрылись, я поскорее позади кустарников пробрался домой. Дамы онемели от ужаса.