Он хотел выйти, когда заметил в углу зала, тогда почти пустого, своего приятеля Легри, который, казалось, ждал его.
-- Легри, -- сказал он шепотом, -- вы принесли мне двести пистолей, которые нужны для раздачи егерям и лесничим?
-- Любезный барон, -- отвечал сын ростовщика с замешательством, -- я должен вам признаться, что мой отец...
-- Проклятый скряга! -- перебил Ларош-Боассо с досадой.
-- Ради бога, не сердитесь, вы так много уже должны ему... Но если он не хочет, друг мой, разве я не всегда к вашим услугам? Отец мой дал мне для моих мелких расходов сорок луидоров, которые я охотно дам вам!
-- Хорошо, я согласен, -- сказал Ларош-Боассо с легкой гримасой презрения. -- Я принимаю, Легри; отдайте эту сумму моему егерю Ларамэ, и я возвращу вам деньги сразу, как только мне повезет в игре. Я должен признаться, что вы добрый малый, Легри, и совсем не похожи на вашего отца. Я хотел бы попросить вас еще об одной услуге...
-- Говорите, любезный барон; в чем дело.
-- Вы обязались, не правда ли, беспрестанно находиться возле графини де Баржак во время охоты?
-- Правда, и это честь...
-- От которой вы откажетесь. Прошу вас, напротив, держаться сегодня как можно дальше от нашей прекрасной госпожи и от меня.