Секретарь взялъ стоявшій передъ нимъ стаканъ вина, до котораго онъ еще не дотрогивался и тихо осушилъ его. Въ этомъ было что-то торжественное, какъ будто онъ причащался.
Лэди Изольда пристально слѣдила за нимъ изъ-подъ опущенныхъ вѣкъ. Затѣмъ, какъ будто желая показать, что она одна изъ всѣхъ присутствовавшихъ понимаетъ истинный смыслъ его дѣйствій и сама хочетъ принять участіе въ нихъ, она также подняла свой бокалъ въ уровень съ головой и, посмотрѣвъ на него пристально, какъ будто взвѣшивая свое рѣшеніе, медленно стала пить красное вино, устремивъ глаза на картину, на которой была изображена Марія Магдалина у ногъ Господа.
Въ надушенной благовоніями комнатѣ опять настало тяжелое молчаніе. Оно дѣйствовало столь угнетающимъ образомъ, что даже хозяинъ вышелъ, наконецъ, изъ своего оцѣпенѣнія. Онъ провелъ рукою по лбу, обвелъ глазами важныя торжественныя лица присутствовавшихъ, и сказалъ какимъ-то страннымъ, измѣнившимся голосомъ:
-- Извините меня. Я плохой хозяинъ. Но я старъ, и мои мысли иной разъ разсѣиваются. Простите меня. Ваши стаканы пусты. Позвольте наполнить ихъ. И, кромѣ того, вы ничего не кушаете.
И онъ принялся потчевать ихъ разными изысканными лакомствами, стоявшими на столѣ, но, кромѣ Поджіо, всѣ отказались. Аппетитъ гуманиста, повидимому, не былъ еще удовлетворенъ. Онъ какъ будто хотѣлъ вознаградить себя за скучный для него вечеръ.
-- Уже поздно,-- сказала лэди Изольда.-- Я должна проститься съ вами.
-- Вы пойдете на этотъ разъ не одна,-- сказалъ хозяинъ.-- Одинъ изъ насъ долженъ проводить васъ до дому.
-- Но мнѣ недалеко итти,-- возразила она.
-- Все равно. Поздно, а въ такой часъ небезопасно для женщины ходить одной по улицамъ. Говорятъ, до собора этого не было,-- прибавилъ онъ съ горечью.-- Кромѣ того, опять поднимается вѣтеръ. Прислушайтесь.
Дѣйствительно, несмотря на закрытые ставни, можно было явственно слышать завываніе бури.