И, поклонившись еще разъ, онъ проводилъ ее до двери, которую привратникъ распахнулъ настежь.
Кричавшему передъ тѣмъ человѣку это показалось обиднымъ: благопріятный случай опять ускользалъ отъ него. Наконецъ голосъ опять къ нему вернулся.
-- Я пришелъ раньше этой дамы!-- рѣзко сказалъ онъ, выступая впередъ.
-- Я знаю. Но, конечно, вы съ удовольствіемъ уступите вашу очередь дамѣ,-- отвѣчалъ итальянецъ своимъ холоднымъ, ровнымъ голосомъ.
Проситель на минуту опѣшилъ.
-- Мы являемся сюда на основаніи закона, а законъ не знаетъ никакихъ предпочтеній,-- продолжалъ онъ.-- Мнѣ уже мѣсяцъ тому назадъ обѣщали уладить мое дѣло. Его святѣйшество уѣзжаетъ завтра. Если мнѣ не удастся переговорить сегодня, то мнѣ не удастся это никогда, несмотря на обѣщанія и деньги, которыя я роздалъ. Вѣдь безъ нихъ меня не пропустили бы и сегодня.
Онъ говорилъ съ еле сдерживаемымъ негодованіемъ.
-- Вы негодуете на приношенія, которыя вами сдѣланы св. Петру? А если вы подкупали мелкихъ чиновниковъ, то вы тѣмъ самымъ предрѣшили свое дѣло.
-- Предрѣшилъ или нѣтъ, но аудіенція мнѣ обѣщана,-- настаивалъ тотъ.
-- Иногда обѣщанія даются въ предположеніи, что можно сдѣлать доброе дѣло. Но если этого нѣтъ, то нѣтъ основаній и исполнять такое обѣщаніе. Если судъ его святѣйшества взглянетъ на ваше дѣло съ этой точки зрѣнія, то развѣ вы будете его порицать?