-- Слышите, при помощи конкордатовъ!-- воскликнулъ Мангольтъ.-- Старые каноны, стало быть, еще въ силѣ.
-- Пункты конкордатовъ тутъ перечислены, но между ними нѣтъ того, который относится къ нравственности духовенства.
Поднялся общій шумъ.
-- Намъ нужна реформа,-- кричало нѣсколько голосовъ сразу.-- Реформа! А ея и нѣтъ!
-- Если бъ я былъ членомъ собора, я постыдился бы показываться на улицахъ,-- пылко сказалъ Ранненбергъ.-- Три года они толкутся на одномъ мѣстѣ! Три года -- и никакой реформы!
-- Вы забываете о рукавахъ, мастеръ Ранненбергъ, о безнравственномъ покроѣ рукавовъ, безпрестанно оскорбляющемъ глаза вѣрующихъ. Можетъ быть, реформа коснется и брюкъ.
-- Конечно, все это очень важно. Теперь они будутъ развращать семьи людей въ короткихъ рукавахъ, а не въ длинныхъ, что будетъ правильнѣе. Чортъ бы побралъ всѣ эти рукава, папу, соборъ и всѣхъ,-- гнѣвно закончилъ онъ, плюнувъ на полъ.
-- Помилуй, Боже,-- возразилъ бургомистръ.
-- Онъ правъ!-- закричали другіе.
Взгляды народа во многомъ уже успѣли измѣниться. Прошло время Григорія VII, когда чернь, подстрекаемая папскимъ престоломъ и жаждою грабежа, громила дома женатыхъ священниковъ и заставляла ихъ отпускать ихъ женъ. Теперь уже никто не хотѣлъ возстановлять такимъ путемъ чистоту нравовъ духовенства. Въ сосѣдней Швейцаріи прихожане не принимали священника, если онъ не былъ женатъ или не имѣлъ постоянной любовницы. Мятежный духъ чувствовался всюду. Кое-гдѣ въ имперіи уже раздавались слова о томъ, что нужно бить священниковъ.