- Разве мы можем сказать, почему испытываем те или другие чувства? - ответила она просто. - Разве собака может объяснить, почему она лижет руку, которая только что ее била? Извините меня за все то, что я говорила раньше. Вы вели себя честно по отношению ко мне. Вы все могли сделать. Вы могли отнять у меня все и погубить меня. Мужчины, которых я знала, были очень различными. Вы терпеливо выслушали меня и поняли меня. Я никогда не испытывала таких чувств, как сейчас по отношению к вам. И мне не придется 0олее их испытать, ибо моей жизни настал конец. Хотя вы и вельможа, а я... бедная женщина, но попросить, умирая, чтобы меня поцеловали, может быть, не слишком большая претензия. Согласны вы?
Я нагнулся и поцеловал ее - один, два, три раза. Она страстно притянула меня к себе и вдруг резко оттолкнула.
- Увы! - вскрикнула она. - Ведь вы меня не любите! Да и как вы могли бы полюбить меня! Меня!.. Я и сама не знаю, люблю ли я вас?
И она залилась слезами.
Я был глубоко растроган. Я пробыл с ней еще некоторое время, стараясь утешить и ободрить ее и говоря ей много такого, чему сам не верил. Случай был такой, что всякие утешения были излишни.
Когда я собирался уйти, она спросила:
- Когда это будет?
- Завтра, рано утром. Но если вы хотите отложить...
- Нет, - перебила она. - Чем скорее, тем лучше.
- В семь часов я пришлю вам одно средство. Вы заснете тихо и безболезненно. В восемь я пришлю к вам священника, но его присутствие уже будет не нужно для вас.