- Через дверь, сеньор. Я всегда вхожу так. Будьте добры доложить обо мне. У меня есть спешное дело.
- Сию минуту, сеньор. Мне кажется, его преподобие сам ждет вас.
Когда я вошел, дон Педро сидел за своим письменным столом, закутанный в длинное одеяние, подбитое мехом. Он встал и поздоровался со мной. Он не мог заметить, что я в полном вооружении, так как шлем я оставил в соседней комнате, а остальные доспехи были скрыты у меня под платьем.
- Я ожидал, что вы придете, дон Хаим, вследствие печального шага, который я должен был сделать в силу необходимости, во имя исполнения своего служебного долга.
Извне послышался легкий шум, который я постарался заглушить звоном своих шпор. Шум вдруг смолк. Дон Педро перестал было говорить и стал осматриваться кругом. Но так как все было тихо, он успокоился и продолжал:
- Я ведь несу ответственность перед его светлостью. Как я уже сказал в день своего приезда, я должен держать ответ за всякую душу, которая погибнет от моего нерадения. Вы так справедливы, что, конечно, правильно оцените мои мотивы.
- Конечно, конечно, ваше преподобие, - отвечал я, кланяясь. - Позвольте спросить, каким образом отец моей жены навлек на себя подозрение?
- Стало известно, что он читает Священное Писание, дон Хаим. Это самое пагубное дело, хотя с виду оно и кажется невинным и даже богоугодным. Это именно и привело к образованию разных новых учений. Ибо слово Господне можно толковать по-разному, и профаны не в состоянии судить, какое из этих толкований будет правильным. Поэтому церковь строго-настрого запретила это занятие, и оно считается верным признаком ереси.
Кто-то тихо постучал в дверь, словно мыши грызли дерево. Сигнал повторился два раза.
- Ваше преподобие совершенно правы, - отвечал я. - Действительно, в Евангелии немало мест, которые могут показаться противоречащими деяниям церкви - на взгляд, конечно, профана, как вы сказали. Вот, например, несколько мест из Евангелия от Матфея: "Горе вам, книжники и фарисеи, лицемеры, что очищаете внешность чаши и блюда, между тем как внутри они полны хищения и неправды". Может быть, ван дер Веерен читал как раз это место!