Я слышал, как слуга, отворив дверь в соседнюю комнату, доложил: "Его превосходительство, господин губернатор граф ван Стинен". Мне пришлось немного подождать: моего визита, очевидно, не ждали.
Наконец дверь отворилась, и вошла донна Марион.
Она была так же прекрасна, как и прежде. Только лицо побледнело, и взгляд стал сосредоточенным. Полуденное солнце ярко светило в окно, но я стоял спиной к свету, мое лицо было в тени, да и изменился я сильно, хотя она почти не изменилась.
Она не узнала меня и встретила меня с официальным поклоном.
- Чем я обязана чести видеть у себя ваше превосходительство?
- Вы не узнали меня, донна Марион?
Услышав мой голос, она вздрогнула, схватилась рукой за грудь и зашаталась. Я бросился вперед, чтобы поддержать ее, но она в одно мгновение овладела собой и почти с силой оттолкнула мою руку.
- Извините, дон Хаим, - сказала она. - Я никак этого не ожидала. Имя, которое мне назвали, совершенно неизвестно мне. Вернувшись, я тщетно искала вас и даже думала, что вас уже нет в живых.
- А это огорчило бы вас, донна Марион?
Она глянула на меня с каким-то странным выражением - мягко и жестко в одно и то же время - и сказала: