В большинстве случаев, прибывшим чеченцам, ввиду их крайней нищеты, выдавалось пособие в размере от 5 до 10 копеек в день на каждого, за время от задержания их до прибытия во Владикавказ, или обратно до границы; производились на них иногда и другие расходы, так, в зимнее время нанималось помещение для прибывших в Тифлис, родильницам покупалась улучшенная пища, нагим детям приобретались рубахи и другое прикрытие, больные и прибывшие зимой с отмороженными членами отправляемы были во Владикавказ на нанятых арбах, выдавалось пособие на похороны умерших в Тифлисе и т. д.
С конца 1866 года до последнего времени главное кавказское начальство и особенно начальство Терской области придерживались того мнения, что всех прибывающих в наши пределы чеченских переселенцев надлежит немедленно удалять обратно в Турцию, и ни в коем случае не допускать водворения их в Терской области, -- но отступления от такой системы действий делались постоянно, но не вследствие, однако, перемены взгляда на дело, а из сожаления к крайне бедственному положению прибывавших переселенцев.
В 1868 году несколько небольших партий отправлено было из Тифлиса в Чечню не по Военно-Грузинской дороге, а очень окружным путем -- через Закатальский округ и Дагестан, в тех предположениях, что появление в этих частях края, -- где в то время проявилось фанатическое стремление к переселению в Турцию, -- бедствующих переселенцев -- рассеет такое стремление. Мера эта, однако же, не произвела ожидаемого эффекта: фанатические закатальцы и дагестанцы взглянули на проследовавших чеченцев, как на агентов правительственных, а не как на людей, могущих своим примером ослабить в них стремление к добровольной гибели.
В том же 1868 году явилось предположение о направлении прибывающих партий в Кубанскую местность, для водворения на свободных казенных землях Лабинского округа, и уже сделаны были надлежащие распоряжения по приведению такой меры в исполнение. Несколько из прибывших в Тифлис партий направлены были в Кубанскую область, но при следовании туда они все были задержаны во Владикавказе и затем, по распоряжению начальника Терской области, водворены в Чечне, на прежних местах жительства.
Ввиду принятой системы и постоянного прорыва новых партий, были сделаны сношения с походным атаманом казачьих войск, состоящих при Кавказской армии, и с губернаторами эриванским, тифлисским и елизаветопольским, с первым -- об усилении бдительности на кордонах, а с последними -- о более тщательном надзоре за появляющимися в крае из Турции беспаспортными людьми и о направлении всех таких людей обратно в Турцию. В ответ на такие сношения, походный атаман заявлял обыкновенно, что случаи тайного прохода через границу турецко-подданных следует приписывать не столько слабости надзора на кордонах, сколько тому, что наши пограничные кочевники способствуют такому переходу, что такой переход едва ли возможно предупредить во всех случаях, при малочисленности кордонной стражи и при том удобстве, которое представляет для тайного перехода наша граница с Турцией. Губернаторы же, со своей стороны, сообщали, что ими делаются постоянные подтверждения о соблюдении всех установленных правил в отношении появляющихся из-за границы в крае беспаспортных людей, но что появление таких людей, даже в значительных партиях, уездная и сельская полиции, при имеющихся у них средствах, не в состоянии предупредить, если только не будет соблюдена должная бдительность на кордонах.
С сентября 1870 года начали поступать к кавказскому начальству от наших консулов в азиатской Турции конфиденциальные заявления, что ввиду натянутых в то время отношений нашего правительства к Порте, турецкие администраторы в азиатской Турции заботятся о высылке, и выслали уже на Кавказ нескольких эмиссаров из переселившихся в Турцию в разное время кавказских горцев, -- с тою целью, чтобы подготовить в мусульманских частях Кавказа возмущение на случай войны с Россией. Ввиду таких сведений, о коих в свое время поставлены были в известность начальники главных отделов края, было сделано распоряжение о воспрещении всем тем кавказским горцам, кои когда-либо переселились в Турцию, с разрешения или без разрешения кавказского начальства, -- под каким бы то ни было предлогом возвращаться на Кавказ, и о немедленном отправлении в Турцию тех из них, кои появятся в Закавказском крае.
Хотя отношения наши к Порте впоследствии приняли иной оборот и хотя затруднения, могущие возникнуть от появления на Кавказе турецких эмиссаров, частью были устранены распоряжениями местных начальников, тем не менее, распоряжение это оставлено в своей силе.
В 1871 году начали вновь появляться в Тифлисе чеченские партии, пробравшиеся через нашу границу с Турциею и по Закавказскому краю, не будучи замеченными при следовании ни кордонною стражею, ни местными полицейскими властями. Первая партия, в 25 душ, прибыла в Тифлис 4 мая, и через несколько дней после того отправлена во Владикавказ; вторая партия, в 72 души, прибыла в Тифлис 15 мая и отправлена во Владикавказ 22-го; в обоих случаях -- из сожаления к крайне бедственному их положению.
Прибывшие показали, что вслед за ними следует еще несколько партий, и что все без исключения чеченские эмигранты стремятся возвратиться в Россию. Показание их не замедлило отчасти оправдаться: 23 и 24 мая явились в Тифлис две новые партии, одна в 127, другая в 99 человек.