— Чтобы и во сне не видать, чем должен ты владеть наяву? Русские недаром потчуют тебя маком и убаюкивают сказками, между тем как другой рвет золотые цветы[22] из твоего сада.
— Что могу я предпринять с моими силами?
— Силы — в душе, Аммалат!.. Осмелься, и все преклонится перед тобою… Слышишь ли? — промолвил Султан-Ахмет-хан, когда раздались в городе выстрелы. — Это голос победы.
Сафир-Али вбежал в комнату со встревоженным лицом.
— Буйнаки возмутились, — произнес он торопливо, — толпа буянов осыпала роту и завела перестрелку из-за камней…
— Бездельники! — вскричал Аммалат, взбрасывая на плечо ружье свое. Как смели они шуметь без меня? Беги вперед, Сафир-Али, грози моим именем, убей первого ослушника.
— Я уже унимал их, — возразил Сафир-Али, — да меня никто не слушает, потому что нукеры Султан-Ахмет-хана поджигают их, говорят, что он советовал и велел бить русских.
— В самом деле мои нукеры это говорили? — спросил хан.
— Не только говорили, да и примером ободряли, — сказал Сафир-Али.
— В таком случае я очень ими доволен, — молвил Султан-Ахмет-хан, это по-молодецки.