"Да, лучше нельзя выдумать для того, кто хочет утопиться!"
"А-а, -- подумал черт, -- фазан сам летит на ястреба; не уйдет моих когтей его душенька. Надо поживиться хоть чухой его6, покуда он вживе. -- А с чего тебе припала охота топиться?" -- спрашивает черт селянина.
"Да есть нечего!.. Так хоть напиться вдоволь".
"Хорошо, брат, и это: а если я помогу тебе?"
"О, так навечно я раб твой! Ты мой будешь хан, господин, отец родной, валлах, биллах, таллах!"
"Послушай, мужичок, вот что мы сделаем: купим семян да засеем поле; это твое дело; только три четверти урожаю мне, а четверть тебе. Согласен ли ты?"
У мужичка сыплются искры из глаз от радости, а сердце словно медом обливается.
"Не только три четверти, а все, что взойдет сверх земли, тебе отдаю: с меня довольно и корней".
По сказанному, как по писанному, -- ударили по рукам. Черт заложил одному факиру шубу свою за два томана*. Накупил мужичок семян петрушки и редьки, моркови и репки, засеял огород в три переклика; а черт мой ночей не спит, днем не присядет, таскает воду, отпугивает воробьев и без кожи дрожит; все барышей дожидается. Поспело все, сняли все на огороде. Мужик, человек совестный, отдал всю траву черту сполна, себе взял одни коренья. Диво да и только черту -- мужик разъелся и разжился, а его травы и на базар не пускают. "Постой, рассуждает он, -- теперь меня не проведешь. Я в один раз на два раза умнее стал". Опять идет к мужичку, опят дает ему семян.
"Только, приятель, говорят, не осуди; в это лето бери себе стебель, а корень-то изволь отдать мне".