-- Нѣтъ, она уѣзжаетъ черезъ два или три дня.
-- А ты развѣ не уѣзжаешь съ ней?
-- И не думаю. Я останусь съ тобой и буду ходить за Лотти. Докторъ говоритъ, что, какъ только будетъ возможно, ее слѣдуетъ перевезти на островъ Уайтъ, и тогда, быть можетъ, она проживетъ всю зиму, при хорошемъ уходѣ. Мы съ тобою будемъ за нею ухаживать.
-- А откуда мы возьмемъ деньги и работу?
-- Она даетъ намъ и деньги, и работу. О! Лиззи, какая я была дура! Она такъ заботится о насъ. Она -- самая добрая дѣвушка въ мірѣ. Самъ говоритъ, что не она -- Полли, а та, другая, которая плакала, потому что она похожа на Роду. Но мнѣ все равно, потому что я люблю эту, а до той мнѣ дѣла нѣтъ.
-- Да, хорошо тебѣ, но обо мнѣ она не думаетъ!
-- Нѣтъ, думаетъ, столько же о тебѣ, сколько и обо мнѣ. Не будь завистлива, Лиззи! Будемъ счастливы, пока можно, и не будемъ злиться. Я знаю, что у меня скверный характеръ, но вѣдь мы вѣчно голодали, и Лотти такъ больна! Бѣдная Лотти!
Меленда умолкла и вытерла слезы на глазахъ.
-- Она купила тебѣ новое платье, Лиззи, и все утро говорила о тебѣ. Неужели ты думала, Лиззи, что мы уѣдемъ и бросимъ тебя? Какъ тебѣ не стыдно! Я бы о тебѣ никогда такъ дурно не подумала. Ты знаешь, что она вернется назадъ и будетъ жить здѣсь, и у насъ будетъ общее дѣло. Я, собственно говоря, хорошенько не понимаю, какъ это сдѣлается, но мы будемъ, какъ мужчины, работать на артельныхъ основаніяхъ.
Лиззи ничего не отвѣчала и легла спать. Но оттого ли, что кровать была новая, или оттого, что она была голодна, или оттого, что она ошибалась, думая, что про нее позабыли,-- но только она не спала всю ночь, и если ей случалось на минутку забыться сномъ, ей тотчасъ же снилось, что Меленда бѣжитъ за нею съ палкой въ рукахъ и съ яростнымъ лицомъ, между тѣмъ какъ Лотти рыдаетъ, а Валентина съ презрѣніемъ указываетъ на нее пальцемъ жителямъ Иви-Лэна.