Когда дверь затворилась за Клодомъ, она поплакала немножко, поддавшись минутной слабости, но затѣмъ справилась съ собой и, сѣвъ на кровать, оглядѣлась вокругъ. Клодъ не забылъ даже спичекъ. А всѣ знаютъ, что даже хорошая прислуга ужасно бываетъ безпечна на этотъ счетъ.
Несомнѣнно, что жизнь должна была на время значительно упроститься для нея. Вотъ она находилась въ небольшой комнатѣ не болѣе двѣнадцати футовъ въ квадратѣ, окруженная всѣмъ необходимымъ для жизни, пищей, водой, кровомъ, постелью и платьемъ. Чего еще можетъ потребовать разумное существо? Въ Паркъ-Лэнѣ у нихъ была комната для спанья, другая -- для ѣды, третья -- для занятій и четвертая -- для гостей. Съѣдобныя вещи не держались въ спальнѣ и платье не висѣло въ столовой, а въ гостиной не готовили кушанье. Представить себѣ Віолету, "жарящую" бифштексъ въ большой гостиной! Чуланъ съ углемъ не находился въ спальнѣ и кладовая не соединялась съ библіотекой. И однако здѣсь спальня, столовая, гостиная, библіотека, кухня, кладовая и чуланъ для угля -- все соединялось въ одной небольшой комнатѣ, которой Клодъ придалъ вполнѣ приличный видъ.
Она долго сидѣла на кровати и думала. Теперь, когда ея фантазія осуществилась и она очутилась одна въ этомъ домѣ, ой было довольно-таки страшно. Представьте, что кто-нибудь безъ спроса войдетъ въ ней въ комнату!.. Дверь дома была весь день открыта, и никто и ничто не могло помѣшать любопытнымъ заглядывать въ него... При этой мысли она вскочила съ кровати и бросилась осматривать дверь. О, осторожный Клодъ! Онъ подумалъ и объ этомъ. Онъ снабдилъ дверь цѣпочкой, замкомъ, задвижкой и деревяннымъ засовомъ, способнымъ выдержать сильные толчки. И, кромѣ этихъ укрѣпленій, у нея подъ рукой была Меленда, хотя Меленда не знала еще объ ея переѣздѣ. Еслибы что-нибудь случилось, она призоветъ на помощь Меленду. Безъ сомнѣнія, Меленда достаточно храбра и сильна, чтобы защитить ее.
Совсѣмъ одна! Есть много мужчинъ, которые всю свою жизнь проводятъ болѣе полу-сутокъ въ безусловномъ одиночествѣ и не тяготятся этимъ. Въ сущности, мужчины постоянно живутъ одни послѣ того, какъ оставятъ школу, и до тѣхъ поръ, пока не женятся, что иногда не скоро случается.
У нихъ есть свои развлеченія... клубы, пріятели, театры; но большую часть вечеровъ и всѣ ночи они проводятъ одни въ своихъ комнатахъ.
Женщины же, напротивъ того, рѣдко живутъ однѣ, а молодыя -- никогда. Онѣ привыкли вмѣстѣ гулять, вмѣстѣ сидѣть, работать и даже заниматься наукой. Валентина до сихъ поръ ни на одинъ день не разставалась съ Віолетой. Ея никогда не оставляло сознаніе покровительства, которымъ молодыя дѣвушки одѣты макъ броней. Кромѣ какъ въ спальнѣ, которая приходилась рядомъ съ спальней Віолеты, она никогда въ жизни не бывала одна въ комнатѣ. Излишне прибавлять, что она никогда и ничего сама для себя не дѣлала. А теперь вдругъ открыла, что если захочетъ поѣсть, то должна сначала поработать, то-есть приготовить обѣдъ. Поэтому она задумалась о томъ, съумѣетъ ли она приготовить чай. И тутъ увидѣла, что заботливый юноша Клодъ подумалъ рѣшительно обо всемъ. Въ каминѣ уже лежалъ уголь и растопка. Чайникъ полонъ воды. Чай и сахаръ подъ рукой. Далѣе, Валентина открыла миску, полную свѣжихъ яицъ, и, кромѣ того, уже упомянутые хлѣбъ и масло; также и кружку молока. Откуда,-- подумала Валентина,-- возьметъ она завтра молоко? И вотъ, съ торжественнымъ чувствомъ, точно она зажигаетъ огонь Весты или вообще совершаетъ жертвоприношеніе, Валентина взяла спички и зажгла огонь; уголь весело затрещалъ, и вскорѣ показались длинные языки пламени и стали лизать чайникъ съ водой; а когда послѣдняя закипѣла, Валентина почувствовала, что можетъ быть счастлива даже въ одиночествѣ.
Она заварила чай и выпила чашку, съ такимъ чувствомъ, какъ будто все это происходитъ не въ самомъ дѣлѣ, потому что голосъ Віолеты не звучалъ у нея въ ушахъ. Было что-то несообразное, что-то похожее на кошмаръ, въ томъ, что она завариваетъ чай для самой себя и сидитъ одна въ комнатѣ.
Послѣ чая она читала до половины девятаго, когда солнце сѣло и наступившія сумерки скрыли безобразныя заднія стѣны домовъ и дворы.
Затѣмъ она вышла изъ комнаты и не безъ опасенія, робко постучалась въ дверь Меленды.
Дѣвушки только-что кончили дневную работу. Меленда складывала ее, а Лотти готовилась прилечь и отдохнуть. Лиззи выпрямляла руки и потягивалась, какъ Иксіонъ, когда его сняли съ колеса и объявили, что онъ можетъ отдыхать всю ночь.