-- Полагаю, что совсѣмъ безполезно говорить это, но право же, Томъ, если ты хочешь получить его согласіе, то долженъ притвориться медіумомъ и разговаривать съ духами, и все такое.
-- Какъ это грустно, Сивилла! но я рѣшительно не въ состояніи притворяться.
Сивилла тяжело вздохнула.
-- Нѣтъ, Томъ, конечно, ты не можешь обманывать. Но, право же, я чувствую... я не смѣю признаться въ своемъ невѣріи.
-- Но вѣдь ты не вѣришь?
-- Нѣтъ, я утратила всякую искру вѣры, и мнѣ страшно въ этомъ признаться. Всю свою жизнь я присутствовала при манифестаціяхъ и посланіяхъ, и всегда это было одно и то же. И, о! Боже мой! несмотря на всѣ посланія, мнѣ кажется, что мы топчемся все на одномъ мѣстѣ.
-- Да, такъ что или же и самые духи ничего не знаютъ, или же ихъ вовсе нѣтъ.
-- И я наконецъ узнала, какъ это все продѣлывается: стуки, музыка и всѣ прочіе фокусы.
-- Конечно, Додо, это все фокусы. Подумать только, что разсудительный человѣкъ можетъ всю свою жизнь поощрять обманщиковъ! когда передъ нимъ цѣлый міръ науки.
Это было сказано со всѣмъ презрѣніемъ не просто юнаго демонстратора, но цѣлаго профессора.