-- Не совсѣмъ неосновательны. Въ этомъ же смыслѣ не совсѣмъ неосновательны новѣйшіе такъ называемые чернокнижники-философы и изотерическіе буддисты. Ихъ притязанія опираются на отрывки, полученные съ востока изъ Сиріи. Притязанія средневѣковыхъ изслѣдователей опираются также на отрывки, сохраненные учеными испанскими и мароккскими евреями и передаваемые отъ отца къ сыну. Но въ Абиссиніи у насъ есть совершенная книга, собственная книга царя Соломона, привезенная туда принцемъ Менелекомъ.
-- Немаловажно уже и то, что мы имѣемъ отрывки, какъ вы говорите, холодно замѣтилъ м-ръ Бруденель.
-- Да; у васъ есть отрывки. Они дали вамъ возможность сдѣлать нѣсколько шаговъ, но дальше вы не можете идти. Подумайте: вы были духовидцемъ въ продолженіе тридцати лѣтъ, много ли вы знаете теперь? больше ли сравнительно съ тѣмъ, что знали, когда только-что начали?
-- Нѣкоторые думаютъ, что мы очень далеко ушли впередъ.
-- Вы нисколько не ушли впередъ, твердо сказалъ Пауль; и если будете продолжать по-прежнему, то никуда не уйдете.
-- Ну, возразилъ глава, но довольно слабо, нельзя уронить твореніе тридцати лѣтъ критикой неизвѣстнаго юноши.
-- Твореніе!
Пауль выпрямился, и лицо его приняло выраженіе человѣка, который поучаетъ и распекаетъ.
-- Твореніе! какое твореніе! у васъ его нѣтъ. У васъ нѣтъ даже мечты, маски, фикціи какого-нибудь творенія. Въ вашихъ мысляхъ я читаю въ настоящую минуту сознаніе неудачи. Сознайтесь! Неудача! вся ваша жизнь -- одна неудача! Васъ соблазнили лживыми надеждами! вы ввѣрялись одному обманщику за другимъ. Обманъ слѣдовалъ за обманомъ. Сознайтесь, вся ваша жизнь -- сплошная неудача. У васъ нѣтъ ничего прочнаго... ничего... ничего. Сознайтесь!
Черные глаза его сверкали, голосъ звучалъ строго, а указательный палецъ грозилъ. Слыханное ли дѣло, чтобы кто-нибудь такъ обращался съ главой? Видъ его былъ суровъ. М-ръ Бруденель отвернулся, словно боялся встрѣтиться съ этими глазами и повѣсилъ голову, бормоча что-то про радости изслѣдованія, но очень неувѣренно.