-- Ваша жизнь -- сплошная неудача и вы сознаете это. Признайтесь. Поглядите мнѣ въ лицо. Поглядите мнѣ въ глаза. Такъ.
М-ръ Бруденель медленно и неохотно повиновался, точно противъ воли. Онъ поднялъ глаза и встрѣтилъ твердый, горячій взглядъ сильнаго молодаго человѣка.
-- Сознайтесь во всемъ, что у васъ на умѣ.
М-ръ Бруденель опустился на стулъ. Все его достоинство растаяло, и онъ смирился. И не отрывая взгляда отъ глазъ своего гостя, онъ сказалъ:
-- Сознаюсь. Моя жизнь -- сплошная неудача. Давно, давно уже я понялъ это, но мнѣ было стыдно въ этомъ признаться. Я былъ окруженъ вѣрующими, съ надеждой взиравшими на меня. Еслибы я сознался въ истинѣ, то какой бы это былъ ударъ для моей жены и для всѣхъ. Съ каждымъ годомъ я сознавалъ это сильнѣе и сильнѣе. Я потерялъ уваженіе къ самому себѣ. Я былъ жалкимъ шарлатаномъ и притворялся, что вѣрю. Я приходилъ сюда каждое утро и притворялся, что занимаюсь дѣломъ, а въ сущности читалъ романы и отдыхалъ отъ спиритуалистическаго лицемѣрія.
-- Довольно. Не говорите больше ничего. Но только сознайтесь, что я вѣрно прочиталъ ваши мысли.
М-ръ Бруденель нѣсколько оправился, когда освободился изъ-подъ вліянія этого взгляда. Онъ сидѣлъ на стулѣ и поправлялъ очки.
-- Я сказалъ вамъ, м-ръ Пауль, то, чего не думалъ никому сообщать. Вы владѣете тайной моей жизни. Уважайте ее, сэръ.
-- Увѣряю васъ, м-ръ Бруденель, что тайна вашей жизни была мнѣ раньше извѣстна. Но не сомнѣвайтесь, что я буду ее уважать.
-- Я радъ, что сказалъ вамъ. Теперь вы все знаете, и нѣтъ больше причинъ намъ толковать про феномены. Быть можетъ, современемъ вы скажете мнѣ, какъ вы произвели вчерашнія штуки. Я знаю много фокусовъ, но ваши, сознаюсь...