Нѣкоторое время продолжалось молчаніе. Солнце поздно опустилось, и вечерній воздухъ былъ тихъ. Слышались только колокольчики коровъ, медленно разбредавшихся по дорогѣ и останавливавшихся каждая у своихъ воротъ.
-- Дефъ, спросила Висая шепотомъ, сколько у тебя денегъ?
-- Матушка даетъ мнѣ сто долларовъ, батюшка ничего не даетъ. Когда я истрачу свои сто долларовъ, говоритъ онъ, тогда онъ успѣетъ послать мнѣ денегъ на обратный путь домой.,
-- У меня отложено сто долларовъ, Цефъ. Возьми ихъ себѣ.
-- О! нѣтъ, нѣтъ!
-- Да, возьми непремѣнно. Вѣдь мы съ тобой школьные товарищи, все равно, что братъ и сестра!
-- Правда!
-- Двѣсти долларовъ не велика сумма, но, можетъ быть, тебѣ и хватитъ.
-- О! навѣрное. Я увѣренъ, что успѣю. Я чувствую, что долженъ успѣть. А когда я вернусь назадъ, я буду... голосъ его задрожалъ... знаменитъ. Я буду знаменитъ!
-- Знаменитъ, повторила дѣвушка, стараясь на этотъ разъ не огорчить его пророчествами въ духѣ Кассандры. И надѣюсь, что будешь тогда счастливъ.