-- Знаю, что это невѣроятно, но что-за дѣло. Еслибы только, шестеро мужчинъ и женщинъ въ цѣломъ свѣтѣ должны были спастись, ты бы постаралась же попасть въ ихъ число. Вѣдь такъ? Ну вотъ съ тѣхъ поръ, какъ я видѣлъ медіума и удивительныя вещи, какія онъ дѣлалъ, я пытался узнать, не медіумъ ли я самъ.
-- Цефъ!
-- Потому что, еслибы я имъ былъ, то могъ бы приподнять завѣсу съ тайны, какъ и онъ.
-- Дефъ!
-- И тогда нашелъ бы духа и заставилъ бы его дѣлать все, что мнѣ угодно.
-- О, Цефъ! я увѣрена, что это грѣшно. Не дѣлай, не дѣлай этого.
-- Я пробовалъ наединѣ, у себя въ комнатѣ. Надо сѣсть и ничего не дѣлать. Глядѣть передъ собой, сохранять полную ясность ума. И вотъ наступитъ моментъ, когда комната, въ которой ты находишься, какъ-то стушевывается. И все тогда стушевывается. Ты теряешь сознаніе самого себя... ты выдѣляешься изъ своего тѣла... твоя душа носится...
-- Цефъ, да перестань, умоляю тебя.
Говоря, онъ понизилъ голосъ, и глаза его приняли такое неопредѣленное выраженіе, точно онъ видитъ что-то далекое, но не видитъ свою собесѣдницу.
-- Я готовъ приподнять завѣсу! прошепталъ онъ, тихо раскачиваясь съ вытянутыми впередъ руками, точно въ потемкахъ.-- Я слышу шелестъ крыльевъ и шепотъ голосовъ. Кругомъ меня чудная музыка: нѣжныя руки прикасаются ко мнѣ; странныя губы прижимаются къ моимъ губамъ; въ воздухѣ распространяется благовоніе; ноги мои на порогѣ...