"Погода отличная," сказалъ онъ; "мы можемъ съ тобой поѣхать въ Крофтонъ; тамъ ты повидаешься съ товарищами и можетъ быть уговоришь кого нибудь изъ нихъ провести съ нами день."
Никогда еще прогулка на открытомъ воздухѣ не доставляла Джоржу такого удовольствія, какъ въ настоящемъ случаѣ. Деревенскіе виды все еще были для него новостью и приводили его въ восторгъ. Дядя безпрестанно указывалъ ему то на птицъ, стаями вившихся въ воздухѣ, то на кроликовъ, скакавшихъ вокругъ своихъ домиковъ, то на красношейку, прыгавшую по снѣжной тропинкѣ, то на дикихъ утокъ, барахтавшихся въ болотномъ тростникѣ. Крестьянскія дѣти бѣгали по полямъ, собирая снѣгъ для снѣжковъ, но не успѣвали сдѣлать изъ него никакого употребленія, потому что онъ быстро таялъ въ ихъ рукахъ. Разъ даже изъ кустовъ неожиданно выпорхнулъ фазанъ и мелькнулъ въ воздухѣ своимъ длиннымъ хвостомъ, прежде чѣмъ успѣлъ скрыться за сосѣдней изгородью. Все это поражало Джоржа своей новизной, и онъ въ полномъ смыслѣ слова наслаждался.
Когда шарабанъ подъѣхалъ къ Крофтону, мальчики, завидѣвъ его издали, гурьбой высыпали къ нему на встрѣчу: имъ былъ позволено выйдти за ограду площадки и поговорить съ товарищемъ. Мистеръ Шау пригласилъ Тука сѣсть къ нимъ въ шарабанъ и поѣхать съ нимъ обѣдать на ферму. Тукъ чрезвычайно обрадовался свѣжему и бодрому виду Джоржа. Онъ мигомъ слеталъ въ домъ испросить позволеніе умыть руки и перемѣнить курточку. Но, очутясь въ шарабанѣ, рядомъ съ Джоржемъ, онъ вдругъ смутился и не зналъ, что ему говорить. Мистеръ Шау еще болѣе усилилъ его смущеніе, замѣтивъ, что онъ своей блѣдностью и худобой вовсе не дѣлаетъ чести крофтонскому воздуху. Въ настоящую минуту онъ гораздо болѣе Джоржа походилъ на больнаго. Это замѣчаніе вызвало на глазахъ мальчика непрошенныя слезы, что заставило мистера Шау счесть его дѣйствительно весьма слабымъ ребенкомъ.
Джоржъ между тѣмъ закидалъ Тука вопросами о Крофтонѣ. Тотъ постепенно оправился, и между мальчиками не замедлилъ завязаться оживленный разговоръ. Но по пріѣздѣ на ферму у Тука опять упало сердце, когда онъ увидѣлъ, какъ Джоржа вынимали изъ шарабана и какъ Адель суетилась вокругъ него, снимая съ него теплое пальто и всячески ему услуживая.
Послѣ обѣда тётя Шау имѣла обыкновеніе отдыхать. Дѣти тогда удалились въ комнату Джоржа и, располагаясь на диванѣ у пылающаго камина, весело болтали. Такъ было и въ настоящемъ случаѣ, только Адель на этотъ разъ чувствовала себя не совсѣмъ ловко, какъ это впрочемъ съ ней бывало всегда во время посѣщеній крофтонскихъ товарищей брата. У нихъ было такъ много общаго между собой и такъ мало предметовъ для разговора, интересныхъ для нея, что она по неволѣ, чувствовала себя лишней въ ихъ обществѣ. На этотъ разъ неловкость ея положенія усилилась еще слѣдующимъ обстоятельствомъ. Она по обыкновенію предложила Джоржу походить взадъ и впередъ по комнатѣ на костыляхъ, но онъ отвѣчалъ ей поспѣшнымъ и даже нѣсколько грубымъ отказомъ. Адель сильно хлопотала о томъ, чтобы Джоржъ, какъ можно скорѣе, привыкъ ловко справляться съ костылями, и заставляла его каждый день усердно въ томъ практиковаться. Его настоящій безцеремонный отказъ оскорбилъ ее. Не могла же она угадать причину, по которой Дморжъ избѣгалъ выказывать свое калѣчье въ присутствіи Тука! Но онъ, со своей стороны, конечно, могъ бы зарапѣе попросить ее отложить на сегодняшній день обычную послѣобѣденную прогулку на костыляхъ. Какъ бы то ни было, Адель чувствовала себя обиженной. Она взяла работу и сѣла какъ можно далѣе отъ мальчиковъ; но это ни къ чему не повело, такъ какъ разговоръ между мальчиками все-таки не клеился. Наконецъ Джоржъ не вытерпѣлъ.
"Адель," сказалъ онъ: "не можешь ли ты куда нибудь уйдти и оставить насъ однихъ?"
"Я, право, не знаю, куда мнѣ дѣваться," отвѣчала Адель. "Нельзя же мнѣ разбудить тётю; а въ другихъ комнатахъ больше нигдѣ нѣтъ огня."
"О, я увѣренъ, что тётя ничего не скажетъ. Ты притаишься около нея, какъ мышёнокъ, и твое присутствіе нисколько не помѣшаетъ ей дремать."
"Но я могу точно также и здѣсь притаиться, какъ мышонокъ. Я перейду, вонъ, къ тому крайнему окну и если вы понизите голоса, я ничего не услышу изъ вашего разговора. Если же до меня случайно долетитъ какое-нибудь слово, я вамъ тотчасъ скажу. А время отъ времени вы мнѣ позволите приближаться къ огню и отогрѣвать пальцы, когда онѣ отъ холоду не будутъ въ состояніи держать иглы."
"Нѣтъ, нѣтъ, это невозможно. Мы при тебѣ не можемъ говорить. Самое лучшее тебѣ -- пойдти къ тётѣ и попросить ее позволить тебѣ посидѣть съ ней."