КОЛОНЖЪ (взявъ другой листъ бумаги, рисуетъ снова). Ну, кто это?
АВРЕЛІЯ. Ахъ, Адель Фонтанжъ! Бѣдная Адель! Еслибы она знала, какъ вы относитесь объ ней, она никогда-бъ вамъ не простила этого.
КОЛОНЖЪ. Ты видишь, что помнить не значитъ любить. Но можетъ-быть по твоему я влюблёнъ въ Адель Фонтанжъ?
АВРЕЛІЯ. Поклянетесь-ли вы мнѣ честью, что у васъ ничего нѣтъ общаго съ этой женщиной?
КОЛОНЖЪ. Клянусь моей честью и любовью. (цѣлуетъ руку жены ).
АВРЕЛІЯ. А если я прощу вамъ горесть, которую вы заставили меня испытать, станете ли вы въ другой разъ подвергать меня подобному испытанію?
КОЛОНЖЪ. Никогда, никогда! (глядитъ на картину). Оно и теперь дорого стоитъ мнѣ.
АВРЕЛІЯ (тоже глядя на картину). Нѣтъ ли тамъ еще какого портрета между этими женскими головками?
КОЛОНЖЪ (испуганный). Нѣтъ, право, нѣтъ ни одного,
АВРЕЛІЯ. Однакожъ между ними есть очень хорошенькія.