-- Сколько дней нам приходилось сидеть впроголодь, -- говорила Марта, -- потому только, что нужно было беречь деньги для мистера Лири! О! Я надеюсь, что мы никогда больше не увидим его.
-- Вы никогда больше не увидите его, -- сказал я, -- он ушел туда, куда наша бедная мать не может больше следовать за ним: он умер.
Марта была непосредственной натурой. Услышав это известие, она воскликнула:
-- Вот слава-то Богу! Нет! Нет! -- продолжала она, как бы раскаиваясь в том, что сказала. -- Я хотела сказать не это; но если он умер, то это хорошо для матери: он уже не будет больше мучить ее.
Я подробно рассказал сестре о смерти мистера Лири. Она согласилась, что если рассказать все это матери, то ее бедный ум не выдержит такого потрясения.
-- Я никогда не слыхала, -- сказала Марта, -- чтобы какая-нибудь женщина в мире любила человека так, как наша мать любит мистера Лири. Я убеждена, Роланд, что ее убьет сообщение о смерти Лири.
Тогда мы с сестрою решили постепенно подготавливать мать к известию о том, что Лири нет больше в живых. Конечно же, то, какой смертью он умер, мы решили от нее скрыть.
Но увы! Случилась непредвиденная вещь, которая полностью разбила все наши планы.
В "Сиднейской газете", которую ежедневно читала мать, появилась корреспонденция из Калифорнии, где обстоятельно описывался суд над Лири, а затем его казнь. Эту корреспонденцию прочитала мать. Бедный ее рассудок не выдержал: она сошла с ума. Здоровье ее тоже было совершенно подорвано. Она недолго прохворала, и через несколько дней умерла.
Ее смерть, помимо глубокого горя, навела меня на мрачные мысли. Я вспомнил о печальном конце Ричарда Гайнена. Мой старый друг Неистовый Джек также погиб жестокой смертью вскоре после нашей встречи. А теперь, после того, как я нашел мою бедную мать, я потерял навсегда и ее... Как это все странно и тяжело.