Элен так растерялась и была так унижена этими злобными и бессвязными нападками, что ничего не поняла из них, кроме того, что Черри Мэллот обвиняла ее в участии в заговоре, как оказывалось, существовавшем, по общему мнению.
Тут опять выступал уже не раз слышанный ею намек на нечестный образ действий судьи и инспектора. Не играла ли в этом роль жалкая зависть? Впрочем, Черри говорила, что все рассказал ей Струве, не могущий устоять перед бутылкой вина и хорошеньким лицом. Зная это, Элен поверила. Ее опять охватило желание разобраться, выяснить.
Отчего бы Струве не рассказать и ей того, что он говорил другим женщинам!
Она свернула с дороги и направилась на Переднюю улицу, быстро решая в уме, как действовать. Черри Мэллот считала ее актрисой. Прекрасно, она сумеет оправдать это мнение.
Она нашла Струве в его конторе; при виде ее он кинулся к ней навстречу и предложил ей стул.
-- Здравствуйте, мисс Элен. Вы хорошо выглядите, несмотря на неприятную ночь. Судья рассказал мне все, как было; позвольте вам сказать, что вы замечательно храбрая девушка.
Она мрачно улыбнулась, вспомнив слова, от которых до сих пор горело ее лицо.
-- Вы, верно, очень заняты, господин адвокат?
-- Да, но для вас у меня всегда найдется время.
-- Я к вам не по серьезному делу, -- сказала она весело, -- я просто шла мимо и зашла.