-- Ба! Пусть сунутся. Я справлюсь с ними.
Массивные челюсти капитана сжались.
-- Весьма возможно. А что потом? Мы доберемся до Нома, санитарный инспектор узнает, что на пароходе есть подозрительные по оспе, и засадит всех в карантин на тридцать дней -- восемьсот человек. Мы проведем все лето у Яичного Острова, а ваша компания будет платить за пароход по пяти тысяч в день. И это еще не все. Компании придется отвечать за вашу халатность, за то, что вы пустили больных на пароход.
-- Халатность? -- Старик заскрежетал зубами.
-- Да. Так это называется. Вы разорите ваших хозяев, задержите пароход и сами потеряете место. Это факт.
Капитан Стивенс нервно вытер пот со лба.
-- Халатность. Вам хорошо говорить, будьте вы прокляты! А вам известно, что я отвечу перед компанией своей головой, если не приму всех мер предосторожности? -- Он на мгновение замолк, как бы размышляя. -- Я сдам ее судовому врачу.
-- Послушайте, -- продолжал настаивать Гленистэр. -- Мы прибудем в Ном через неделю; до того времени у нашей барышни не успеют показаться симптомы болезни, даже если она действительно заразилась оспой. А по-моему, есть тысяча шансов за то, что она не больна и не заболеет и впредь. Кроме нас троих, никто не знает, что она на пароходе; она останется в этой каюте, и это не менее целесообразно, чем изоляция в каком бы то ни было другом помещении. Мы таким образом избегнем паники. Вы спасете пароход и компанию, и никто ничего не узнает. Если же девушка заболеет, уже высадившись на берег, то она может отправиться в больницу, не подвергая опасности здоровье всех находящихся на пароходе. Идите, сэр, на свой мостик и забудьте о том, что вы заходили сюда. Мы все берем на себя -- нам это не менее важно, чем вам, так как мы обязательно должны быть на Энвил Крике до оттепели, иначе "Мидас" будет потерян для нас. Если вы поднимете шум, то всех нас погубите.
Стивенс стоял, нерешительно хмуря брови; остальные с нетерпением ждали его ответа.
-- Вам придется прятаться от стюарда, -- сказал он наконец.