-- Правда, мистер, -- отвечала несчастная тоном покорности.
-- А нога-то твоя очень болит? -- спросил Бен.
-- Очень.
-- Дай мне взглянуть на неё.
Негритянка выпрямила ногу, небрежно перевязанную старыми тряпками, которые в эту минуту были насквозь пропитаны кровью.
-- Это чёрт, а не собака! -- сказал Бен, -- тебе бы следовало, Нэнси, стоять смирно, и тогда бы она не кусала тебя так сильно.
-- Да возможно ли это, когда она меня кусала! -- сказала негритянка, -- кто в состоянии вытерпеть боль в ноге, когда в неё впились собачьи зубы.
-- Не знаю этого и я, -- сказал Бен, поддерживая весёлый тон, -- мисс Джин, ты бы перевязала ногу Нэнси. Замолчи ты, негодный! -- крикнул он неугомонному ребёнку, который, уничтожив один ломоть хлеба, настойчиво требовал другого.
-- Я тебе вот что скажу, -- продолжал Бен, обращаясь к жене, -- я намерен поговорить с этим стариком, -- старшим Сеттлом. Больше меня, никто в целом округе не ловил ему негров, и потому я знаю, что тут есть какая-нибудь причина. Если с неграми обращаются порядочно, они не побегут в болото. Люди с христианскими чувствами не должны морить негров голодом, ни под каким видом не должны.
Через некоторое время повозка Бена тянулась по дороге к сборному пункту. Бен подобрал вожжи, откинул назад голову, чтоб дать лёгким своим полную свободу, и запел любимый громогласный гимн, так часто повторяемый на собраниях.