-- Что касается до меня, -- сказала Нина, -- то пение гимнов под открытым небом невольным образом производит глубокое впечатление.
-- Да, -- сказал Клейтон, -- это пение как-то особенно гармонирует с лесами, в которых оно происходит. Некоторые напевы так вот и кажутся подражанием пению птиц или порывам ветра между ветвями дремучего леса. Они обладают особенно гармоническою энергией, превосходно приноровленною для выражения сильных ощущений. Если б собрания не приносили никакой другой пользы, кроме распространения в народе этих гимнов и напевов, я бы и тогда считал их неоценёнными.
-- А я так всегда имела предубеждение против подобного распространения, -- сказала Анна.
-- Ты несправедливо о них судишь, -- сказал Клейтон, -- ты судишь, как вообще все светские, воспитанные женщины, по понятиям которых жизнь человеческая должна всегда являться в розовом свете. Представь себе восторженность и глубокое благоговение простого сословия у древних греков или римлян при звуках этих гимнов. Возьмём для примера стих одного из них, которые пели вчера вечером:
"Земля распустится, как снег,
Сияние солнца померкнет.
Но ты, о Боже, сотворивший меня из ничего,
Во веки веков пребудешь со мною"!
Сколько веры заключается в этих словах! Сколько уверенности в бессмертии души! Возможно ли, чтоб человек, постигающий силу этих слов, не возносил души к небу? А потом, сколько благородного мужества звучало в словах первого гимна! Кто, слушая их, в состоянии оставаться равнодушным?
-- Правда, правда, -- сказала Анна, -- только, к сожалению, негры не понимают и половины того, что поют; -- не имеют ни малейшего понятия о том влиянии, которое должно производить на них это пение.