-- Благодарю вас, мисс Анна, предложение слишком соблазнительно, чтоб не принять его.

И мистер Бредшо сделался третьим и любезным членом компании за маленьким столиком.

-- Ну что, мисс Анна, есть ли успехи в ваших предприятиях? Вознаграждаются ли хотя сколько-нибудь ваши благодеяния и попечения? Не изнуряют ли вас хлопоты?

-- Нисколько, мистер Бредшо; разве вы замечаете во мне перемену?

-- О, нет! Я говорю это потому, что нас всех изумляет ваша энергия. Проницательный взор Нины заметил в мистере Бредшо озабоченный вид человека, которому сделано какое-то важное поручение, и который неожиданно, в присутствии третьего, незнакомого, лица, находит себя поставленным в стеснительное положение. Поэтому, после завтрака, воскликнув, что забыла в своей комнате тамбурную иглу и не позволив Анне послать за ней служанку, Нина удалилась. Мистер Бредшо был домашний человек в семействе Клэйтона и находился с мисс Анной в таких дружественных отношениях, которые представляли ему полную свободу говорить с ней свободно. Лишь только дверь гостиной затворилась за Ниной, как мистер Бредшо придвинул стул Анне, сел на него с очевидным намерением начать серьёзный и откровенный разговор.

-- Мисс Клэйтон! -- сказал он, -- надеюсь, что наша продолжительная дружба даёт мне право говорят с вами о предметах, которые главнейшем образом касаются вас. На днях я обедал у полковника Грандона в кругу его близких знакомых. Там были Говарды, Эллиоты, Гоулэнды и другие, которых вы знаете. Между прочим, в общем разговоре коснулись и вашего брата. Все отзывались о нём с величайшим уважением; хвалили образ его действий, но вместе с тем утверждали, что он идёт по весьма опасной дороге.

-- Опасной! -- воскликнула Анна, несколько изумлённая.

-- Да, действительно опасной; я убеждён в этом сам, хотя и не так сильно, как другие.

-- Неужели? -- сказала Анна, -- где же эта опасность? Пожалуйста, укажите на неё!

-- Милая мисс Анна, она заключается в ваших преобразованиях. Сделайте одолжение, поймите меня! Действия ваши сами по себе превосходны, удивительны, начала их очаровательны; но они опасны, в высшей степени опасны.