-- Извини, извини, дядя Тифф, ведь я не хотела тебя обидеть. Но скажи, пожалуйста, доволен ли ты остался собранием? -- спросила Нина.
-- Да, кое-что вынес оттуда, хотя я не знаю, что именно. Представьте, что мне пришло в голову, мисс Нина? Вы приехали сюда, как будто нарочно за тем, чтоб объяснить нам некоторые вещи. Мисс Фанни читает ещё плохо, так будьте так добры, прочитайте что-нибудь из Библии, и поучите нас, как быть христианами.
-- Ах, Тифф! Ты бы прежде спросил: знаю ли я это сама? -- сказала Нина, -- Я лучше пришлю Мили побеседовать с вами. Она, можно сказать, -- истинная христианка.
-- Мили -- хорошая женщина, -- сказал Тифф с видом некоторого сомнения, -- но, мисс Нина, я хочу научиться от белых, и именно от вас, если это не составят вам труда.
-- О, никакого, дядя Тифф! Если ты хочешь послушать, как я читаю, то изволь. Принеси же Библию, а я между тем сяду в тень, и потом ты будешь слушать, не отрываясь от работы.
Тифф побежал в хижину позвать Фанни и принести экземпляр Нового Завета, получить который через Криппса ему стоило больших просьб и чрезвычайных угождений. В то время, как Фанни, выбрав себе место у ног Нины, плела венок, Нина в раздумье, с чего начать чтение, перелистывала книгу. Увидев, с каким вниманием и нетерпением смотрел на неё Тифф, она с каким-то болезненным ощущением в душе признавалась себе, что почти впервые держала в руках книгу, столь драгоценную в глазах Тиффа.
-- Что же я прочитаю тебе, Тифф? О чём ты хочешь услышать?
-- Я хотел бы узнать о кратчайшем пути, который приведёт этих детей в царство небесное, сказал Тифф. Здешний мир очень хорош, пока существует; но, ведь, он кратковременный, в нём ничего нет вечного.
Нина задумалась. Ей предложили самый трудный вопрос! Простодушный старик с детским доверием ждал её ответа.
-- Тифф, -- наконец сказала она, принимая непривычный для неё серьёзный вид, -- кажется, всего лучше будет, если я прочитаю тебе о нашем Спасителе. Он пришёл в этот мир за тем, чтобы указать нам путь к спасению. Я буду часто заглядывать сюда и прочитаю всю его историю, всё, что говорил он и делал: тогда, быть может, ты сам увидишь этот путь. Быть может, -- прибавила она со вздохом, -- и я увижу его.