-- Что это? -- воскликнул он, поражённый ужасом, -- мистер Гордон! Мистер Диксон! Что я должен понимать под этим?
-- А какому чёрту нужно знать, что вы должны понимать? Не ваше здесь дело, -- сказал Том Гордон, -- и потому убирайтесь прочь отсюда!
-- Я вам докажу, что это моё дело, -- возразил Клейтон и, вместе с тем, обратился к одному из своих спутников, -- мистер Броун, вы мировой судья!
Мистер Броун румяный, свежий, приземистый старичок, сделал несколько шагов вперёд.
-- Боже мой! Это ужасно! Мистер Гордон! Возможно ли это? Ребята! Подумайте, что вы делаете!
Между тем Клейтон соскочил с лошади и проворно отвязал Диксона от дерева. Внезапная реакция взяла верх над спокойствием старика, и он без чувств упал на землю.
-- Не стыдно ли вам самих себя? -- сказал Клейтон, с негодованием посмотрев вокруг, -- Благородно ли, прилично ли для сильных и известных людей, как вы, мистер Гордон, оскорблять так ужасно проповедников, которые, как вам известно, не имеют оружия защищать себя, -- оскорблять женщин и детей, которые слишком слабы для того, чтобы защищаться?
-- Не ко мне ли вы относите подобные выражения? -- спросил Том Гордон.
-- К вам, сэр, исключительно к вам, -- отвечал Клейтон, выпрямляясь во весь рост.
-- Милостивый государь, это замечание требует удовлетворения.