-- Право не знаю, отвѣчалъ Сентъ-Клеръ, но на небѣ ей будетъ лучше, чѣмъ намъ съ тобой.
-- О, папа, не говорите такъ,-- попросила Ева, тихонько дотрагиваясь до его локтя,-- это огорчаетъ маму.
-- Ну что же, кузенъ, готовы вы ѣхать съ нами?-- спросила Офелія.
-- Я не ѣду, благодарю васъ.
-- Мнѣ бы очень хотѣлось, чтобы Сентъ-Клеръ ходилъ въ церковь,-- замѣтила Марія,-- но у него нѣтъ ни крошки религіознаго чувства. Это просто неприлично.
-- Я знаю,-- отвѣчалъ Сентъ-Клеръ.-- Вы, барыни, кажется, ходите въ церковь, чтобы учиться, какъ жить въ свѣтѣ, и ваше благочестіе прикрываетъ наше неприличное поведеніе. Если бы я захотѣлъ идти въ церковь, то пошелъ бы въ ту, въ какую ходитъ Мамми. Тамъ по крайней мѣрѣ не заснешь.
-- Какъ! къ этимъ крикливымъ методистамъ? Какой ужасъ!-- вскричала Марія.
-- Это все-таки лучше, чѣмъ мертвая зыбь вашихъ приличныхъ церквей, Мари. Ходить туда выше силъ человѣческихъ. Развѣ ты хочешь идти, Ева? Останься-ка лучше дома, будемъ вмѣстѣ играть.
-- Благодарю, папа, но мнѣ лучше хочется ѣхать въ церковь.
-- Да вѣдь тамъ же страшно скучно?