-- Если такъ, то онъ не очень вѣжливъ. Онъ весьма свободно высказывалъ Господу Богу свое мнѣніе обо мнѣ. Томъ, повидимому, находитъ, что мнѣ во многихъ отношеніяхъ слѣдуетъ исправиться, онъ усердно молилъ Бога обратить меня на путь истинный.
-- Надѣюсь, вы примите это къ свѣдѣнію?-- сказала миссъ Офелія.
-- Мнѣ кажется, вы раздѣляете мнѣніе Тома?-- замѣтилъ Сентъ-Клеръ.-- Ну что же, можетъ быть, я и въ самомъ дѣлѣ исправлюсь, какъ ты думаешь, Ева?
ГЛАВА XVII.
Свободный человѣкъ защищается.
Къ вечеру въ домикѣ квакеровъ замѣтно было нѣкоторое оживленіе. Рахиль Галлидей ходила не спѣша взадъ и впередъ, выбирая изъ своихъ кладовыхъ такіе припасы, которые можно было уложить въ небольшія карзинки для путниковъ, собиравшихся выѣхать въ эту ночь.
Вечернія тѣни тянулись къ востоку, круглое и красное солнце задумчиво стояло у края горизонта, освѣщая своими мягкими, желтыми лучами маленькую спальню, въ которой сидѣлъ Джоржъ съ женой. Онъ посадилъ себѣ на колѣни сына и держалъ руку Элизы въ своей. Оба глядѣли серьезно и задумчиво. На щекахъ ихъ видны были слѣды слезъ.
-- Да, Элиза, говорилъ Джоржъ,-- все, что ты сказала совершенная правда. Ты хорошая женщина, ты гораздо лучше меня. Я постараюсь вести себя такъ, какъ ты говоришь. Я постараюсь жить, какъ слѣдуетъ свободному человѣку; я постараюсь чувствовать, какъ долженъ настоящій христіанинъ. Всемогущій Богъ знаетъ, что я всегда хотѣлъ поступать хорошо, всегда усердно старался объ этомъ, когда все было противъ меня! А теперь я забуду все прошлое, я отгоню отъ себя всякія злыя, горькія чувства, я буду читать Библію и научусь быть хорошимъ человѣкомъ.
-- А когда мы пріѣдемъ въ Канаду,-- сказала Элиза,-- я буду во всемъ помогать тебѣ. Я довольно хорошо умѣю шить платья; я могу стирать и гладить тонкія вещи; вдвоемъ мы, конечно, заработаемъ довольно, чтобы прожить.
-- Да, Элиза, только бы намъ быть вмѣстѣ всѣмъ троимъ, съ нашимъ мальчикомъ. О, Элиза, если бы эти люди понимали, какое счастье для человѣка сознавать, что его жена и ребенокъ принадлежатъ ему! Я часто удивлялся, какъ могутъ люди, которые имѣютъ право называть жену и дѣтей своими, волноваться и безпокоиться о чемъ нибудь другомъ. Я въ настоящую минуту чувствую себя богатымъ и сильнымъ, хотя у меня нѣтъ ничего, кромѣ голыхъ рукъ. Мнѣ кажется, что мнѣ не о чемъ больше молить Бога. Да, я до двадцати пяти лѣтъ работалъ безъ устали, я не имѣлъ цента въ карманѣ, не имѣлъ крова надъ головой, не могъ назвать своимъ ни кусочка земли, и все-таки я буду доволенъ, я буду благодаренъ имъ, если они хоть теперь оставятъ меня въ покоѣ. Я стану работать и вышлю твоимъ господамъ деньги за тебя и за мальчика. А мой бывшій господинъ получилъ отъ меня въ пять разъ больше, чѣмъ сколько истратилъ на мое содержаніе, я ему ничего не долженъ.