-- Умѣешь ты шить?-- спросила миссъ Офелія, рѣшаясь перенести свои вопросы на болѣе практичную почву.
-- Нѣтъ, миссисъ.
-- Что же ты умѣешь дѣлать? Что ты дѣлала у прежнихъ хозяевъ?
-- Я приносила воду, мыла посуду, чистила ножи и прислуживала гостямъ.
-- Они были добры къ тебѣ?
-- Кажется, добры,-- отвѣчала дѣвочка, лукаво поглядывая на миссъ Офелію.
Миссъ Офелія встала, желая прекратить этотъ пріятный разговоръ. Сентъ-Клеръ стоялъ за ея стуломъ.
-- Вы найдете здѣсь совершенно дѣвственную почву, кузина, сѣйте на ней ваши собственныя идеи, вырывать вамъ немного придется.
Взглядъ миссъ Офеліи на воспитаніе, какъ и всѣ прочіе ея взгляды были вполнѣ тверды и опредѣленны; такого рода взгляды господствовали въ Новой Англіи сто лѣтъ тому назадъ и до сихъ поръ сохранились въ нѣкоторыхъ глухихъ уголкахъ, вдали отъ желѣзныхъ дорогъ и лукавыхъ мудрствованій. Ихъ въ сущности можно было выразить въ немногихъ словахъ: пріучить дѣтей внимательно слушать, что имъ говорятъ; выучить ихъ катехизису, шитью и чтенію; сѣчь ихъ, если они солгутъ. Въ настоящее время вопросы воспитанія озарились новымъ свѣтомъ, и эти правила считаются устарѣлыми, но нельзя отрицать того факта, что по этой системѣ наши бабушки воспитали не мало весьма порядочныхъ мужчинъ и женщинъ, многіе современники еще помнятъ и могутъ засвидѣтельствовать это. Во всякомъ случаѣ миссъ Офелія никакой другой системы не знала и принялась примѣнять ее къ своей язычницѣ со всѣмъ усердіемъ, на какое только была способна.
Въ домѣ смотрѣли на дѣвочку, какъ на собственность миссъ Офеліи, и, такъ какъ въ кухнѣ ее приняли весьма недружелюбно, то миссъ Офелія рѣшила ограничить сферу ея дѣятельности и обученіе исключительно своей комнатой. Вмѣсто того, чтобы спокойно стлать свою постель и убирать свою комнату, какъ она это дѣлала до сихъ поръ, рѣшительно отказываясь отъ услугъ горничной, она съ самоотверженіемъ, которое оцѣнятъ нѣкоторыя наши читательницы, стала учить всему этому Топси. Мучительный былъ для нея день! Тѣ изъ нашихъ читательницъ, которымъ приходилось дѣлать нѣчто подобное, поймутъ всю громадность ея жертвы.