-- Имъ этого никогда не удастся!-- вскричалъ Альфредъ.
-- Не знаю, сядь на паровой котелъ, закрой предохранительный клапанъ и смотри, чѣмъ дѣло кончится!
-- Хорошо,-- согласился Альфредъ,-- посмотримъ. Я не боюсь сидѣть и на предохранительномъ клапанѣ, пока котелъ проченъ и машина работаетъ хорошо
-- Дворяне при Людовикѣ XVI думали то же. То же думаетъ теперь Австрія и Пій IX; но въ одно прекрасное утро котлы лопнутъ, и вы всѣ взлетите на воздухъ.
-- Dies declarabis {Приблизительно: поживемъ -- увидимъ.},-- засмѣялся Альфредъ.
-- Повторяю тебѣ,-- сказалъ Августинъ,-- если чего можно ожидать въ наши дни съ непреложностью закона, то это именно торжества массъ, онѣ возстанутъ и низшій классъ станетъ высшимъ.
-- Опять твои красныя республиканскія бредни, Августинъ! Какъ это ты ни разу не выступилъ въ народныхъ собраніяхъ. Изъ тебя вышелъ бы отличный ораторъ. Во всякомъ случаѣ, я надѣюсь, что не доживу до царства твоихъ грязныхъ массъ.
-- Да ужъ тамъ грязныя или нѣтъ, а они будутъ править нами, когда придетъ ихъ время,-- сказалъ Августинъ,-- и они будутъ такими правителями, какими вы ихъ сдѣлаете. Французское дворянство находило, что народъ долженъ быть голоштанникомъ, ну и приготовило себѣ правителей санкюлотовъ. Въ Гаити...
-- Ахъ, перестань пожалуйста, Августинъ! намъ всѣ уши прожужжали этимъ отвратительнымъ Гаити. Гаитяне были не англо-саксы, иначе все пошло бы по другому. Англо-саксонская раса создана занимать первое мѣсто, такъ оно всегда и будетъ.
-- Ну, въ жилахъ нашихъ нынѣшнихъ невольниковъ течетъ не мало англо-саксонской крови,-- замѣтилъ Августинъ.-- Во многихъ изъ нихъ африканскаго ровно настолько, чтобы подбавить тропическаго пыла и страсти къ нашей расчетливой предусмотрительности и твердости. Если когда-нибудь для насъ пробьетъ часъ Санъ Доминго, англо-саксонская кровь покажетъ себя. Дѣти бѣлыхъ отцовъ, унаслѣдовавшіе ихъ гордый нравъ, не всегда позволятъ продавать, покупать себя, торговать собой. Они возстанутъ и увлекутъ за собой племя своихъ матерей.