-- Точно такъ,-- сказалъ Гэлей.-- А теперь, джентльмены по случаю нашей счастливой встрѣчи я позволю себѣ предложить вамъ маленькое угощеніе здѣсь, въ этой самой гостиной. Ну, ты, старина!-- обратился онъ къ человѣку за прилавкомъ -- подай-ка намъ горячей воды, сахару, сигаръ, да побольше "существеннаго", мы тутъ и попируемъ.
Свѣчи были зажжены, огонь въ каминѣ запылалъ, и три почтенные джентльмена усѣлись вокругъ стола, на которомъ появились всѣ вышеупомянутыя принадлежности дружественной бесѣды. Гэлей началъ трогательный разсказъ о постигшихъ его неудачахъ. Локеръ молчалъ и слушалъ его съ мрачнымъ вниманіемъ. Марксъ, который старательно приготовлялъ пуншъ по собственному вкусу, временами отрывался отъ своего занятія и, приближая свой острый носъ и подбородокъ къ самому лицу Гэлея, съ большимъ интересомъ слѣдилъ за его разсказомъ. Конецъ исторіи сильно разсмѣшилъ его, онъ беззвучно хохоталъ до того, что у него тряслись плечи и бока, а тонкія губы его раздвигались съ выраженіемъ полнѣйшаго удовольствія.
-- Такъ! Знатно вы попались!-- сказалъ онъ; -- Хе! Хе! Хе! Ловко обдѣлано.
-- Съ этими ребятишками масса хлопотъ въ нашемъ дѣлѣ,-- сказалъ Гэлей грустно.
-- Да, если бы намъ удалось развести такую породу бабъ, которыя не думали бы о своихъ ребятишкахъ, это я вамъ скажу было бы величайшее изобрѣтеніе нашего времени,-- и Марксъ самодовольно усмѣхнулся собственной остротѣ.
-- Да, это вѣрно,-- сказалъ Гэлей; -- я этого никакъ не могу понять. Ребята доставляютъ имъ страшно много хлопотъ, кажется, онѣ должны бы радоваться, когда избавляются отъ нихъ, а онѣ совсѣмъ наоборотъ. И обыкновенно, чѣмъ больше хлопотъ съ какимъ нибудь дѣтенышемъ, чѣмъ они плоше, тѣмъ онѣ больше къ нему привязываются.
-- Такъ-съ, мистеръ Гэлей,-- заговорилъ Марксъ,-- будьте добры, сэръ, передайте мнѣ горячую воду,-- такъ-съ, сэръ, вы высказали именно то, что я чувствую и всегда чувствовалъ. Когда я еще занимался этимъ дѣломъ, я разъ купилъ бабенку. Славная была бабенка, хорошенькая, бойкая такая. У нея былъ сынишка слабый, больной мальчишка. У него кажется росъ горбъ на спинѣ, или что-то въ этомъ родѣ. Я взялъ да и продалъ его одному человѣку; а тотъ думалъ: вотъ выращу такъ можетъ и получу за него что нибудь, благо дешево пришелся. Мнѣ, знаете, и въ голову не пришло, что моя бабенка приметъ это къ сердцу, а она... Господи, чего она только не выдѣлывала! Оказывается, она особенно сильно любила этого ребенка именно за то, что онъ былъ больной, горбатый и мучилъ ее. Просто ничѣмъ нельзя было ее утѣшить: плачетъ, мечется изъ угла въ уголъ, точно у нея на всемъ свѣтѣ ничего больше не осталось. Даже смѣшно вспомнить. Господи! Чего только не заберутъ себѣ въ голову женщины!
-- Да, со мной было то же самое,-- сказалъ Гэлей.-- Прошлымъ лѣтомъ на Красной рѣкѣ я купилъ женщину съ мальчикомъ. Мальчишка былъ прехорошенькій и глазки у него были такіе яркіе, не хуже вашихъ. Только сталъ я его ближе разсматривать, оказывается -- слѣпой, такъ таки слѣпой. Ну, думаю, не бѣда, если мнѣ, не говоря худого слова, удастся кому нибудь спустить его, и тутъ же я вымѣнялъ его за боченокъ виски. Но вотъ стали мы его отбирать у матери, она разсвирѣпѣла, словно тигрица. Мы еще не выходили тогда изъ гавани, такъ что на моихъ невольникахъ и оковъ не было, и что же бы вы думали она сдѣлала? Какъ кошка влѣзла на тюкъ съ хлопчатой бумагой, выхватила ножъ у одного изъ матросовъ и давай размахивать имъ такъ, что сразу всѣхъ разогнала, потомъ видитъ, что это ни къ чему, повернулась да и бултыхъ въ воду вмѣстѣ со своимъ дѣтенышемъ, пошла прямо ко дну, такъ и пропала.
-- Ба!-- вскричалъ Томъ Локеръ, который слушалъ всѣ эти исторіи съ дурно скрываемымъ неудовольствіемъ.-- Вы оба не умѣете вести дѣла. Мои бабы никогда не выкидываютъ со мною такихъ штукъ, смѣю васъ увѣрить!
-- Неужели! А что же вы съ ними дѣлаете?