-- Дѣдушка намъ говаривалъ, замѣтила Анна: -- что для библіотеки женщины достаточно имѣть библію и Шекспира.
-- Шекспиръ, сказаза Нина:-- вовсе не нравится мнѣ. Я говорю это откровенно. Во-первыхъ, я не понимаю его на половину, а всѣ говорятъ, что онъ такъ натураленъ! Я еще ни разу не слышала, чтобы люди говорили такъ, какъ онъ заставляетъ ихъ говорить въ своихъ произведеніяхъ. Скажите сами, слышали ли вы когда набудь, чтобъ люди говорили бѣлыми стихами, смѣняя ихъ отъ времени до времени стихами звучными,-- какъ это дѣлаютъ его дѣйствующія лица въ длинныхъ рѣчахъ. Скажите, слышали ли вы?
-- Въ этомъ отношеніи, сказалъ Клэйтонъ: -- съ вами можно согласиться вполовину. Его разговоры имѣютъ тоже самое сходство съ дѣйствительной жизнью, какое имѣютъ лица въ оперныхъ роляхъ. Натурально ли, напримѣръ, для Нормы залиться пѣснью въ то время, когда она узнаетъ объ измѣнѣ мужа? А между тѣмъ вы допускаете это, потому, что этого требуетъ свойство оперы; и потомъ, при этомъ исключеніи, все остальное кажется вамъ совершенно натуральнымъ дѣломъ, которому музыка придаетъ особенную прелесть. Такъ и въ Шекспирѣ; вы не можете не допустить, что театральныя пьесы должны заключать въ себѣ поэзію, что дѣйствующія лица въ нихъ должны говорить непремѣнно рифмами и притомъ со всею выспренностію поэтическаго чувства; при этомъ условіи разговоры дѣйствующихъ лицъ должны показаться натуральными.
-- Но я не понимаю очень многаго, о чемъ говоритъ Шекспиръ, сказала Нина.
-- Это потому, что съ того времени, какъ онъ писалъ, многія слова и обычаи совершенно измѣнилась, сказалъ Клэйтонъ; потому что въ его сочиненіяхъ есть множество намековъ на случаи изъ общественной жизни, которые теперь не посторяются, на привычки, которыя давно вышли изъ употребленія, и наконецъ потому еще, что, прежде, чѣмъ понимать его, мы должны изучить его языкъ. Представимъ себѣ поэму на иностранномъ языкѣ!-- вы, не зная того языка, не можете оказать, нравится ли вамъ она или не нравится. А по моему мнѣнію, въ вашей натурѣ скрывается расположеніе въ Шекспиру, какъ сѣмя не пустившее ростковъ.
-- Что же заставляетъ васъ думать такимъ образомъ?
-- О, я вижу это въ васъ, какъ скульпторъ видитъ статую въ глыбѣ мрамора.
-- Не намѣрены ли вы изваять ее изъ этой глыбы? спросила Нина.
-- Если будетъ позволено, отвѣчалъ Клэйтонъ: -- во всякомъ случаѣ, мнѣ нравится ваша откровенность, ваше чистосердечіе. Я часто слышалъ, какъ нѣкоторыя дамы восхищалась Шекспиромъ, сами не зная, чѣмъ восхищаются. Я зналъ, что онѣ не имѣли ни настолько опытности въ жизни, ни на столько привычки заглядывать въ человѣческую натуру, чтобъ умѣть оцѣнивать достоинство и красоты этого писателя; восхищеніе ихъ было чисто-поддѣльное; онѣ считали за преступленіе не восхищаться имъ.
-- Благодарю васъ, сэръ, сказала Нина;-- что вы находите смыслъ въ моемъ нелѣпомъ сужденіи. Я думаю удержать васъ у себя еще долѣе, съ тѣмъ, чтобъ вы перевели всѣ мои безсмыслицы на чистый англійскій языкъ.