-- Конечно, мистеръ Клэйтонъ добрый человѣкъ, сказала Милли. Худое онъ не назоветъ хорошимъ, и во всякомъ случаѣ поступитъ справедливо.
-- Да, сказала Нина: -- подобнымъ людямъ должно внушить самымъ строгимъ образомъ, что законъ не пощадитъ ихъ за такое звѣрское обхожденіе. Пусть моя жалоба образумить ихъ!
Нина немедленно вошла въ кабинетъ и отправила къ Клэйтону длинное письмо, въ которомъ, изложивъ всѣ подробности дѣла, просила его, непосредственнаго содѣйствія. Читателямъ нашимъ, бывавшимъ когда либо въ подобныхъ обстоятельствахъ, нисколько не покажется удивительнымъ, что Клэйтонъ видѣлъ въ этомъ письмѣ приглашеніе немедленно пріѣхать въ Канема. И дѣйствительно, спустя нѣсколько часовъ послѣ полученія письма, онъ еще разъ сдѣлался членомъ домашняго кружка. Онъ вошелъ на балконъ съ величайшимъ восторгомъ и радостью.
-- Характеръ нашего штата и чистота нашихъ учрежденій, сказалъ Клэйтонъ:-- вмѣняютъ намъ въ обязанность защищать тотъ классъ народонаселенія, котораго безпомощность болѣе всего требуетъ нашей защиты. Мы должны смотрѣть на негровъ, какъ на несовершеннолѣтнихъ дѣтей, и потому всякое нарушеніе ихъ правъ должно быть преслѣдуемо со всею строгостью законовъ.
Не теряя времени, онъ отправился въ сосѣдній городъ, гдѣ Милли находилась въ услуженіи, и, къ счастію, узналъ, что главнѣйшіе обвинительные пункты могли подтвердить бѣлые свидѣтели. Женщина, которая нанята была Баркеромъ для какого-то шитья, во время всей сцены сидѣла въ сосѣдней комнатѣ; побѣгъ Милли изъ дома и выстрѣлъ, пущенный ей въ слѣдъ, были замѣчены нѣкоторыми рабочими. Поэтому, все обѣщало хорошій исходъ дѣлу, и Клэйтонъ смѣло приступилъ къ нему.
ГЛАВА XXVI.
СУДЪ.
-- Теперь надо смотрѣть въ оба, сказалъ Франкъ Россель, обращаясь къ двумъ-тремъ адвокатамъ, сидѣвшимъ въ боковой комнатѣ уголовнаго суда въ И.... Клэйтонъ засѣлъ на боеваго коня своего и намѣренъ атаковать насъ, какъ левіаѳанъ, выбѣжавшій изъ густаго тростника.
-- Клэйтонъ -- добрый малый, замѣтилъ одинъ изъ адвокатовъ. Я люблю его, не смотря, что онъ не слишкомъ словоохотливъ.
-- Добрый! сказалъ Россель, вынимая изо рта сигару. Да это просто бомбическая пушка, заряженная по самое дуло добродушіемъ! Во ужь и то если онъ разрядитъ ее, то того и смотри, что разгромитъ цѣлый міръ. Мы не можемъ составитъ себѣ полное понятіе о его душевныхъ качествахъ. Процессъ, этотъ, начатый по просьбѣ его невѣсты, я считаю за величайшее для него благодѣяніе, потому собственно, что онъ, какъ нельзя болѣе, согласуется съ его рыцарскимъ характеромъ. Вѣрите ли, когда я услышалъ объ этомъ, я чуть съ ума не сошелъ. Опрометью бросился изъ дому, побѣжалъ къ Смитирсу, Джойсу и Петерсу, и упросилъ ихъ не медлить этимъ дѣломъ, чтобъ не дать Клэйтону возможности остынуть. Если онъ успѣетъ выиграть этотъ процессъ, то почему знать, быть можетъ и навсегда примирится съ призваніемъ адвоката.