-- Правда, правда! Клэйтонъ говорилъ увлекательно, сказалъ Джонсъ.
-- Кто говоритъ противъ этого? Я никогда не сомнѣвался въ способности Клэйтона убѣждать другихъ. Онъ умѣетъ созидать великолѣпные доводы, единственный недостатокъ которыхъ заключается только въ ихъ неосновательности. Баркеръ выходитъ изъ себя. Онъ клянется, что возьметъ это дѣло на апелляцію. Но это ничего не значитъ. Клэйтонъ восторжествуетъ, какъ и сегодня. Теперь очевидно, что онъ проснулся.-- На безпокойтесь, онъ столько же не чуждъ небольшой популярности, сколько вы и я; -- его только стоитъ разшевелить, и, повѣрьте изъ него выйдетъ отличнѣйшій адвокатъ.-- А скажите, обрастали ли вы вниманіе на миссъ Гордонъ, во время рѣчи Клэйтона?-- Нѣтъ? ну, такъ я вамъ скажу, она до такой степени была очаровательна, что я охотно бы заступилъ мѣсто Клэйтона.
-- Это не та ли хорошенькая, маленькая кокетка, о которой я слышалъ въ Нью-Йоркѣ.
-- Та самая.
-- Какимъ же это образомъ она полюбила его?
-- Почему я знаю?-- Какъ тюльпанъ, она исполнена самыхъ разнообразныхъ, очаровательныхъ оттѣнковъ; однимъ изъ этихъ оттѣнковъ только и можно объяснить ея расположеніе къ Клэйтону. Замѣтилъ ли ты ее, Билль?-- съ одной стороны спускается шарфъ, съ другой вьются локоны, ленты и вуаль, какъ легкіе флаги на мачтѣ хорошенькой яхты! И потомъ, ея глаза!-- Она вся проникнута жизнью. Она напоминаетъ собою душистый шиповникъ, усыпанный цвѣтами, каплями росы и вмѣстѣ съ тѣмъ острыми шипами.-- О! она должна разбудить его, и разбудитъ!
ГЛАВА XXVII.
РОЩА МАНЬОЛІЙ.
Судья Клэйтонъ не ошибся въ предположеніи, что сынъ его съ особеннымъ наслажденіемъ смотрѣлъ на исходъ защищаемаго имъ процесса.-- Мы уже сказали что Клэйтонъ не имѣлъ расположенія вступить на юридическое поприще. Уваженіе къ чувствамъ отца принудило его рѣшаться по крайней мѣрѣ на попытку. Настроеніе его души всего болѣе влекло его къ занятіямъ, въ которыхъ на первомъ планѣ стояло человѣколюбіе. Онъ съ радостію готовъ былъ удалиться на свою плантацію и тамъ, съ помощію сестры, посвятить себя исключительно воспитанію негровъ. Но въ то же время, соображаясь съ желаніями своего отца, онъ чувствовалъ, что не могъ этого сдѣлать, не сдѣлавъ серьозной попытки на избранномъ поприщѣ и не доказавъ своихъ способностей. Послѣ описаннаго нами судебнаго слѣдствія, Клэйтонъ занялся своимъ дѣломъ, и Анна упросила Нину отправиться съ ней на нѣсколько недѣль въ Рощу Маньолій, куда послѣдуемъ за ними и мы.. Читатели наши, безъ всякаго сомнѣнія, не станутъ пенять, если мы перенесемъ ихъ на отѣненную сторону балкона, на плантацію Клэйтону, называемую рощей Маньолій.-- Плантація эта получила свое названіе отъ группы этихъ прекрасныхъ растеній, въ центрѣ которыхъ находился господскій домъ. Это былъ длинный, невысокій коттеджъ, окруженный глубокими крытыми галлереями, затканными той густой зеленью, которая такъ роскошна въ южныхъ широтахъ. Рядъ комнатъ, выходившихъ на галлерею, гдѣ сидѣли Анна и Нина, представлялъ собою что-то мрачное; но чрезъ отворенныя двери виднѣлось внутри ихъ много живописнаго. Бѣлые, покрытые коврами полы, легкая мебель изъ бамбука, кушетки покрытыя лоснящимся бѣлымъ полотномъ и большія вазы съ розами, разставленныя въ мѣстахъ, гдѣ свѣтъ всего выгоднѣе падалъ на нихъ, представляли глазу на отдаленномъ планѣ успокоительные предметы и манили къ себѣ, обѣщая прохладу. Миссъ Анна и миссъ Нина сидѣли за завтракомъ чрезвычайно рано, такъ что солнце не успѣло еще осушить тяжелой росы, придававшей необыкновенную свѣжесть утреннему воздуху. На небольшомъ столѣ между ними, въ хрустальныхъ вазахъ и въ зелени различныхъ листьевъ, тонули отборные плоды,-- стоялъ фарфоровый кувшинъ съ холодными сливками, подносъ съ чашками и серебрянымъ кофейникомъ, изъ котораго по всей комнатѣ разливалось благоуханіе кофе. Не было тутъ недостатка въ тѣхъ сдобныхъ и вкусныхъ сухаряхъ и булкахъ, которыми каждая стряпуха въ Южныхъ Штатахъ такъ справедливо гордится. Не можемъ также умолчать о вазѣ съ мѣсячными розами самыхъ разнообразныхъ оттѣнковъ, ежедневно подбирать которыя служило неизъяснимымъ удовольствіемъ для маленькой мулатки Леттись, находившейся при особѣ миссъ Анны, въ качествѣ горничной. Анна Клэйтонъ, въ бѣломъ утреннемъ капотѣ, съ чистымъ и здоровымъ румянцемъ, прекрасными зубами и привлекательной, вызывающей на откровенность улыбкой, казалась среди этого убранства царицей махровыхъ розъ.-- И дѣйствительно, обладая самою сильной властью, основаніемъ которой служила любовь, она была царицей на своей плантаціи. Африканское племя отъ природы одарено пылкими чувствами и наклонностью привязываться къ другимъ всею душою. Множество недостатковъ, свойственныхъ однимъ только дѣтямъ, сливается у него съ множествомъ прекрасныхъ качествъ, отличительную черту которыхъ доставляютъ простосердечіе и довѣрчивость. Безпредѣльная привязанность и преданность къ миссъ Аннѣ, проглядывала во всемъ, что ее окружало. Нина пробыла одинъ только день, и уже свободно читала въ глазахъ каждаго существа, принадлежавшаго къ плантаціи Рощи Маньолій, до какой степени всѣ они были привязаны къ миссъ Аннѣ; въ этомъ чувствѣ какъ будто сосредоточивалось все ихъ счастіе.
-- Какой очаровательный запахъ отъ этихъ маньолій, сказала Нина: -- отъ души благодарю васъ, Анна, что вы разбудили меня такъ рано.