-- Бѣдное дитя мое, сказалъ онъ: -- мнѣ жаль оставить васъ; кто вамъ безъ меня поможетъ?
-- Богъ! отвѣчала Нина: -- я ничего не боюсь.
-- Поѣзжайте, докторъ; не теряйте времени, сказалъ посланный.
И докторъ еще разъ бросивъ взглядъ на Нину, ускакалъ.
-- Теперь, Гарри, сказала Нина: -- все зависитъ отъ сохраненія нами присутствія духа и твердости. У насъ нѣтъ и не будетъ доктора; поэтому мы сами должны употребить всѣ наши усилія. Жизнь и смерть въ рукахъ нашего Спасителя: Онъ любилъ насъ, умеръ за насъ, и, вѣроятно, не оставитъ насъ во время этого страшнаго испытанія.
-- Миссъ Нина! вы настоящій ангелъ! сказалъ Гарри, готовый въ эту минуту боготворить ее.
По пріѣздѣ домой, Нина увидѣла сцену всеобщаго ужаса и смущенія,-- сцену, подобную той, которой была уже свидѣтельницей. Старый Гондредъ лежалъ мертвый въ своей хижинѣ. Толпа народа съ воплемъ окружала домъ, предаваясь страху и отчаянію, возбуждаемому ожиданіемъ той же участи. Нина немедленно подъѣхала къ группѣ. Спокойствіе и хладнокровіе, съ которыми она приказывала прекратить вопль и повиноваться ей, произвели благопріятное дѣйствіе.
-- Если вы всѣ хотите умереть, говорила она:-- то отчаяніе и боязнь самыя вѣрныя къ тому средства; но если будете сохранять спокойствіе и терпѣніе и исполнять мои приказанія, то жизнь ваша еще можетъ быть спасена. Гарри и я привезли лекарства; мы знаемъ, что нужно дѣлать. Отъ васъ я требую одного повиновенія.
Нина немедленно вошла въ домъ и назначила Милли, Розу и еще трехъ пожилыхъ женщинъ своими помощницами, сдѣлавъ имъ наставленіе, какъ и въ какомъ случаѣ нужно дѣйствовать. Въ это ужасное время Милли выказала всю неустрашимость, всю твердость характера, составлявшія неотъемлемую принадлежность ея сильной натуры.
-- Да благословитъ васъ Господь своею милостію, дитя мое, говорила она. Господь -- мой щитъ и моя крѣпость. Онъ не оставлялъ насъ въ шести бѣдствіяхъ, не оставитъ и въ седьмомъ. Мы воспоемъ пѣснь торжества и въ стремнинахъ Іордана.