И докторъ, безъ того уже уставшій и пораженный внезапнымъ случаемъ и трогательною сценою, началъ бѣгать съ величайшей быстротою, изъ одной хижины въ другую. Въ это время занемогло нѣсколько слугъ, и только спокойствіе и присутствіе духа, поддерживаемое Ниной и ея теткой, могли предотвратить распространеніе паническаго страха по всей плантаціи. Нина одарена была тѣмъ нѣжнымъ и гибкимъ темпераментомъ, который, съ помощію очаровательной наружности, обладаетъ величайшимъ даромъ вдохновлять въ другихъ терпѣніе и покорность своей долѣ. Совершенное спокойствіе, которое она ощущала въ душѣ своей, доставляло ей возможность примѣнить къ настоящему случаю всѣ свои душевныя способности.
-- Перестань, моя добрая тётя, не бойся! Вспомни Бога, и положись на Него! говорила она поварихѣ, которая въ припадкѣ отчаянія и ужаса ломала себѣ руки.-- Вспомни, чему учитъ тебя религія: спой гимнъ, который утѣшитъ тебя, и исполни свой долгъ къ отношеніи къ больному.
Въ этомъ утѣшительномъ, ободряющемъ тонѣ голоса, скрывалась какая-то магическая сила. Съ помощію его, Нина успѣла убѣдить здоровыхъ позаботиться о больныхъ; но вдругъ явился нарочный гонецъ и объявилъ, что холера показалась въ Канема.
-- Теперь, Гарри, сказала Нина, съ лицомъ блѣднымъ, но не выражающимъ ни малѣйшей боязни:-- долгъ человѣколюбія отзываетъ насъ отсюда.
И, сопровождаемые утомленнымъ докторомъ, они отправились въ Канема.
Спустя нѣсколько минутъ послѣ отъѣзда, они встрѣтили другаго гонца, который спросилъ:
-- Не съ вами ли докторъ Бутлеръ?
-- Съ нами, отвѣчала Нина, выглянувъ изъ окна кареты.
-- Ахъ, докторъ! Я ищу васъ по всему округу. Поѣзжайте домой сію минуту. Судья Петерсъ умираетъ. Я боюсь,-- вы не застанете его въ живыхъ;-- впрочемъ, и кромѣ его есть уже до десятка больныхъ. Возьмите мою лошадь и спѣшите; теперь дорога каждая минута.
Докторъ торопливо выпрыгнулъ изъ кареты, сѣлъ на лошадь, и прежде чѣмъ пуститься въ путь, бросилъ взглядъ глубокаго сожалѣнія на плѣнительное, блѣдное личико, смотрѣвшее изъ окна кареты.