Ее голос прерывался от волнения и слез.
-- Зачем этот вопрос? -- сказал Бофор, не отнимая руки и с тревожным любопытством рассматривая девушку.
-- Я вам это скажу, когда вы, держа руку на моей руке, произнесете клятву.
-- Как вас зовут, дитя мое?
-- Как? Вы даже не знаете моего имени? -- спросила Маргарита с удивлением, к которому примешивалось чувство горечи.
-- Я знаю вашего отца, честнейшего человека на рынках, знаю вашу мать; но вас, дитя мое, я в первый раз в жизни вижу.
-- Поклянитесь! -- воскликнула она с усилием, как бы сомневаясь в истинности его слов.
-- Клянусь.
-- Хорошо! -- сказала она. Опустив голову на подушки и закрыв лицо обеими руками, Маргарита залилась слезами.
-- Теперь, дитя мое, доверяете ли вы мне?